Сделка обреченных

Я тебя как исследователя всегда ценил. И когда ты в бизнес ушел, сначала переживал. Потом, когда весь институт без зарплаты остался, переживать, конечно, перестал. Но часто вспоминал твое упорство. Наверное, оно и в бизнесе тебе помогло.

Андрей засмущался, но кивнул.

– Помогло, конечно, Николай Павлович. И знание тонкостей работы разведки тоже помогло. В бизнесе ведь как на войне. Без разведки не обойтись.

Королев стер с лица улыбку.

– Ты, я вижу, Андрюша, навоевался. Я рад, что ты решил вернуться.

Даже поверить не могу, что все это серьезно.

– Серьезно, Николай Палыч. Еще как серьезно! Вы же меня знаете. Решил, значит, не отступлю. Теперь бы мне только тему найти.

– Я же говорю, упорный, – рассмеялся Королев. – Все ему сразу подавай. Только порог переступил, дай тему. Ладно. – Королев кивнул. – Есть у меня кое-что.

Королев открыл верхний ящик стола и достал из него папку.

– Вот, посмотри. – Он протянул папку Андрею.

Андрей осторожно раскрыл ее. В папке лежал пожелтевший лист бумаги.

На Андрея пахнуло знакомым и полузабытым ароматом архива. Он положил папку на стол и прочел:

«Совершенно секретно!

Напечатано в одном экземпляре

Генеральному секретарю ЦК ВКП(б)

Товарищу Сталину И. (лично)

Донесение

Французская разведка готова к проведению известной Вам операции «Каталина». Операция назначена предположительно на 12 апреля. В силах нашей местной резидентуры способствовать как проведению этой операции, так и ее срыву. Жду Ваших указаний по этому вопросу.

Руководитель 7-го отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР А. Артузов».

Сверху листа наискосок шла резолюция, написанная известным Андрею твердым почерком Сталина. Андрей чуть сдвинул лист и прочел:

«Успех этой операции, равно как и ее провал, нам выгодны. Потому не рекомендую вмешиваться в ее проведение. И. Сталин».

Андрей осторожно закрыл папку и поднял глаза на Королева.

– Интересно.

– Интересно, – подтвердил Королев.

 – Но самое интересное то, что кроме этой бумаги об операции «Каталина» ничего нет. Ни в одном нашем архиве. Даже в личном архиве Сталина.

– Ни одного документа?

– Ничего. – Королев пожал плечами.

– А в архиве французской резидентуры?

– Тоже нет. Ни одного упоминания.

– Странно.

Андрей раскрыл папку и прочел документ еще раз. Это почерк Сталина. Сомнений нет. Хотя… Любой почерк можно подделать.

– Вы считаете, что… – нерешительно начал он.