Сделка обреченных

Обычная научная работа.

– Обычная научная работа, – повторил Гравье и покачал головой.

Он уже почти не сомневался в том, что измена созрела в недрах его ведомства. Это все Сервель. Он решил его сместить. Конечно! Если руководить службой безопасности будет не он, то Сервель получает на выборах шанс. Очень хороший шанс. Но грубо работают. Грубо. Без выдумки. Считают его полным идиотом, если даже не потрудились составить достойную версию. Интересно, кем Сервель хочет заменить его? Не этим ли надутым нудным болваном?

– В руки обычному рядовому российскому историку попадает совершенно секретный документ, – заговорил Гравье, даже не стараясь скрыть иронию.

 – Хорошо. В это я готов поверить. Этот историк, который к тому же еще и бизнесмен, что само по себе является удивительным сочетанием, приезжает во Францию и здесь за два дня добивается невероятных успехов. И вы называете это случайностью?

Он поднял глаза на Прадля. Тот молчал.

– Вам известно, Филипп, что наша страна ведет борьбу с Россией за влияние на Ближнем Востоке?

Прадль кивнул.

– Вам известно также, – продолжил Гравье, – что, имея одинаково ровные отношения с Израилем и с арабскими странами, наша страна претендует на право стать посредником в ближневосточном конфликте. Те же претензии есть и у России, которая также поддерживает ровные отношения с обеими сторонами. Вы согласны со мной?

Прадль кивнул.

– И в этой обстановке появляется некий русский то ли историк, то ли бизнесмен, который интересуется операцией семидесятилетней давности.

Как вы думаете, милый Филипп, как отреагируют израильтяне, если данные об операции «Каталина» будут преданы гласности?

– Плохо отреагируют, – глухо ответил Прадль.

– Плохо, – кивнул Гравье. – Я бы даже сказал, очень плохо отреагируют. И это будет означать, что Франция практически потеряет возможность стать посредником в арабо-израильском конфликте. Ибо нельзя быть посредником, испортив отношения с одной из сторон конфликта. А вот шансы России на посредничество в этом случае резко возрастут.

И вы хотите меня уверить, что появление в Париже этого русского – случайность?

Прадль поднял глаза на собеседника.

– Вы считаете, что этого русского надо задержать?

– Задерживать его пока не за что, – усмехнулся Гравье. – Лучше, чтобы русские не знали, что мы раскрыли их замысел. Все равно никаких данных о «Каталине» он не получит. Но если активность будет продолжаться, более того, если она станет чрезмерной, его придется остановить.