Заложник

Взгляд заложника показался ему насмешливым, и Юсуфу захотелось сказать что-то язвительное.

– Откровение о душе убийцы и о негативных энергиях, которые она принимает, вы прочли в этой книге? – Юсуфу показалось, что его голос прозвучал излишне весело.

– В этой, – кивнул заложник и продолжил с вызовом, словно, не замечая тона Юсуфа: – В этой книге вообще много интересного.

– Вот как? – Вызов в голосе заложника задел Юсуфа, он решил не сдерживаться и продолжил язвить. – И вы рассчитываете увлечь этой книгой своих охранников? Преподать им урок морали и нравственности? Напрасный труд.

Этих людей не сбить с пути нравоучениями.

Заложник поднял голову. Юсуф вновь прочел в его глазах тоску и тревогу и пожалел о том, что сказал. С чего это его потянуло на иронию? К чему в этом подвале, в такой ситуации ирония? Заложник звякнул сталью наручников. Взял книгу из рук Юсуфа и бережно положил ее на доски стола.

– При чем тут нравоучения? О чем это вы, доктор? В этой книге нет никаких нравоучений. И никаких уроков нравственности и морали.

Голос заложника прозвучал как-то очень буднично. Юсуф решительно уложил бикс в саквояж и решил оставить за собой последнее слово.

– Простите, но по этому поводу у меня несколько иное мнение.

Заложник следил за Юсуфом с легкой улыбкой на губах.

– Вот как? – Заложник кашлянул, словно пытался скрыть смущение, вызванное тем, что ему приходится вступать в спор. – Это мнение основано на ваших личных впечатлениях?

Юсуфу не понравились ни сама фраза, ни тон, которым она была произнесена.

Он поморщился и захлопнул саквояж. Разговор окончен. Он не намерен терпеть насмешки в голосе, даже от испуганного заложника. Он выполнил свой врачебный долг и больше ничего не должен этому человеку.

– Нет, – сказал Юсуф, делая шаг к двери. – Я сам этой книги, разумеется, не читал. Но мои саратовские приятели, среди которых были и евреи, и христиане, называли эту книгу основой нравственности и морали.

– И вы, доктор, поверили своим приятелям на слово?

Юсуф остановился.

Уж не считает ли этот человек его полным профаном?

– Поверил. Если я не ошибаюсь, именно в этой книге записаны все эти «не убий» и «не укради» и прочие положения ваших моральных устоев.

– Положения «не убий» и «не укради» действительно записаны в этой книге. – Заложник сделал ударение на слово «положения», и на его губах мелькнула улыбка. – Но какое отношение они имеют к морали и нравственности?

Юсуф шумно выдохнул воздух. Сейчас главное не сорваться.