Хайаса. Свет Ликующий

], так они и всю округу нагнули под себя, объявив себя богами, а их правителя Адона – верховным богом. Они заставляли приносить им жертвы – и не только животных, но и людей, отбирали урожай, обрекая людей на голод.

В память об их праотце, старике Аскеназе, Никита попытался вразумить его потомков… но все напрасно.

* * *

… – Один, – пройдя к воротам так знакомой им крепости, крикнул Никита, – отзовись, давай поговорим.

Сверху из-за стены показался какой-то великан в какой-то странной шапке с широкими полями (редкость в этих краях) и с одним глазом.

В руках он держал огромное бронзовое копье.

– Что тебе надо? Как ты посмел вступить на радужный мост Биврест и подойти к Асгарду – священному граду Аскеназа.

– Ну, я думаю, имею право находиться здесь. И право это – право того, кто поднял эти стены, того, кто построил этот мост. А еще это право того, кто сидел за одним столом с самим Аскеназом – и у Врат Богов, и в землях Араратских, когда он жил в землях племянника своего Айка.

При этих словах глаза собеседника расширились:

– Этого не может быть, ты лжешь!

– Ты следи за своим языком, одноглазый.

Никто не смеет называть меня лжецом, – грозно ответил Никита. – Но я прощаю тебя… в память о том, что твой великий предок когда-то помог нам и пропустил через свои земли к Зиккурату и, пока мы разбирались с храмом Бела на вершине Башни, стерег наших лошадей и охранял наш отход. Я не хочу вернуть наш город, который вы заняли, слишком давно мы ушли отсюда, а… пусто место свято не бывает. Но говорю вам: не стоит людей обижать. За них мы всегда были в ответе, и обижать их никому не дадим.

– И что ты сделаешь, лгун?

Никита повернулся, кивнул, и один из воинов бегом принес его меч и старый щит – с крестом-деревом на нем, и крикнул:

– Спустись со стен сюда, ко мне, и я объясню, что я сделаю, а заодно и накажу за твои слова!

Увидев щит, вернее, крест на нем, люди на стене зашушукались.

– Ваны! Ваны!

– Кто вы? – спустя мгновение спросил Один. – Вы говорите, как сыны Фаргома.

И я слышал о знаке на твоем щите. Неужели это правда?

– Как видишь, – развел руками Никита.

– Не верится, что передо мной стоит сам Ара, – удивленно произнес Один.

– Я не Ара, я его брат Никита. Но здесь меня называют Ньёрд[76 - Ньёрд— в скандинавской мифологии бог из ванов.], – ответил Никита.

– Ван Ньёрд, я многое слышал о тебе. О том, как ты и твои люди помогали всем. Как научили обрабатывать землю, строить дома, изготавливать инструменты.