Социальная юриспруденция. Юридическая психология. 1 том

, ее жизнь, свобода, достоинство и т. д., – то права человека отличаются особенно резко от всех других прав. И это отличие состоит, главным образом, в том, что такие права принадлежат каждому лицу как таковому, независимо от каких бы то ни было оснований, требуемых для обладания другими правами (они – по ту сторону сделки!). Права человека возникают ipso jure, т. е. по закону человеческого общества, вместе с самим человеком как субъектом права.

Права человека пользуются абсолютной защитой, которая всегда пойдет против всех и каждого, кто встанет на ее пути.

Здесь мы вступаем в сферу абсолютного тождества закона и права. И это тождество суть правило человеческого общежития.

Права человека – неоценимы ни в какой шкале ценностей (разве, что жизнь-смерть). Они не могут быть переложены на деньги или подменены понятием «имущественное право».

Это не исключает, однако, возможности денежных исков, вытекающих из нарушения прав личности. Римский иск – actio aestimatoria, который под другими именами существует и в настоящее время, не нарушает принципа, что деньги не могут быть эквивалентом никаких личных «благ», так как вознаграждение (сделка, денежный залог, выкуп и подкуп), как в этом иске, так и в других исках, могут квази исполнять карательную или возмездную функции, служа наказанием или «возмещением» за оскорбление (унижение) права (достоинства) личности.

При этом, «определение» размера нарушения прав человека, тем паче путем определения принесенного человеку материального («морального») ущерба, по сути своей есть завуалированная и всегда навязанная сделка.

Наше время это – та ступень (стадия) развития прав человека, на которой каждый человек признается ipso jure, т. е. по праву и в силу юридической необходимости, не только личностью, но и абсолютной личностью, т. е. личностью, неприкосновенной даже для закона, равной всем другим личностям, не терпящей, ни повышения, ни понижения себя как личности, безотносительно к полу, возрасту, религии, национальности и всем другим условиям своего существования.

Только в этой связи мы (условно!) можем говорить о «праве недееспособных», «праве невменяемых», «ювенальной юриспруденции», «эмбриональной юриспруденции» и «post mortalis juris prudencia» и т. п. Или, как это поясняет в цитируемом произведении Ю. С. Гамбаров:

«Если эти отношения представляют нам защиту отдельного интереса против такого же отдельного интереса другого лица, как это бывает, напр.