Вас это не касается

О каких-либо продолжительных отношениях девушка не рассказывала, как и о друзьях и родных. Лилия даже не пригласила отца и мать на торжественную церемонию. Молодой супруг вообще не был уверен, что они живы. Девушка упорно не упоминала их в разговорах, а он не смел нарушать её границы.

Пеленой тайны был окутан и переезд Лилии из Киржача. Как ей удалось добиться высот модельного бизнеса, парень не знал. Он считал, что сотрудники агентства заметили красавицу ещё на родине, после чего помогли устроиться в столице.

– Вы же не считаете иначе? – спросил он, боясь, что мой цинизм разрушит его идеалистическую картину, и вместе с тем вожделея, чтобы я сделал это по-быстрее.

Но я не сделал этого, потому что в самом деле не знал, как нынче работают модельные агентства.

Так вот, кроме этих белых пятен в биографии невесты (сам он от неё ничего не скрывал, потому что скрывать этому парню из состоятельной семьи, выпускнику какого-то престижного университета, по сути было нечего, не считая младенческое недержание) ничего не омрачало их счастливый брак.

Почти сразу они переехали в совместно нажитую квартиру в охраняемом жилом комплексе на проспекте Вернадского. Детей пара пока не планировала: Лилия заключила выгодный контракт с известным брендом купальников, а беременность, как известно, не лучшим образом сказывается на фигуре, которая должна быть идеальной. Леонид мечтал о ребёнке, но ради карьеры супруги без всяких пререканий готов был ждать подходящего момента сколько угодно.

Короче, их семейная жизнь казалась сказочной идиллией.

Но внезапно в ясном небе сгустились тучи – на то она, всё-таки, и идиллия, чтобы в один момент «нежданно-негаданно» не случилось нечто совершенно не идиллическое. Неделю назад Лилия – до того такая милая и ласковая – вдруг сделалась нервной и раздражительной.

– Всё началось со странного звонка. В тот вечер мы заказали в ресторане еду с доставкой на дом – это должен был быть романтический ужин. Даже свечи зажгли. В самый разгар Лиле кто-то позвонил на мобильный.

Она взглянула на экран, и по её лицу я заметил, что она не хочет брать трубку. Но она всё-таки почему-то сделала усилие и ответила. До меня донёсся мужской голос. Он что-то говорил, Лиля молча слушала. При этом её явно сковывал страх: мне казалось, она просто не в силах вымолвить слова. Под конец она только пропищала, как мышка, что сейчас приедет. И в самом деле, убрала мобильный в сумочку, вскочила из-за стола, и, не обращая на меня внимания, побежала вон.