Крестом и мечом

 – Ну, а ты почему такой мрачный, Херман? Или пряное вино ромеев тебя не веселит уже, или соскучился по родной медовухе? – Как все свеи, Хильд произносил слова с ужасным акцентом.

– О, я догадываюсь! Ходят слухи о скорой свадьбе наследника Романа. Кажется, ты говорил, что знаком с его невестой?

– Я говорил, что ее отец – мой боевой товарищ, – поправил Хильда Эрман. – Тут другое. Послушай, Хильд. Ночью мне приснился Перкунас. Он сверкал глазами и манил за собой. Видимо мой путь под этими звездами близится к концу.

– Все мы рано или поздно попадем в Вальхаллу, – философски спокойно ответил Хильд. – Боги любят храбрецов. Покажи-ка тот медальон, что подарил тебе твой товарищ, отец невесты наследника.

Эрман вытащил из-за пазухи золотой медальон с изображением головы Горгоны Медузы. Змеи вокруг головы с раскосыми глазами образовали пышный ореол. Свет, преломлявшийся от изумрудов и рубинов, впаянных по краям медальона, делал изображение живым. Казалось, что змеи шевелились.

– Брр. Она напоминает мне кошмарные видения после похмелья, – сказал Хильд, отводя взгляд. – Неужели где-то подобное чудовище существует?

– Ха! – Наконец-то криво усмехнулся Эрман.– Это мать драконов Мидии, к тому же весьма почитаемая в Скифии. Злые духи без оглядки убегают от одного только ее изображения.

– Я очень понимаю «злых духов»,– загоготал Хильд.

В корчму вбежал посыльный моряк. Увидев капитанов, протиснулся к их столу, в приветствии ударив кулаком по груди.

– Капитанов срочно созывает стратиг Василий на своем дромоне,– отчеканил он, и, повернувшись в зал, прокричал: – Приказ наварха стратига! Всем морякам немедленно вернуться на корабли.

– Что за спешка? – Угрюмо пробурчал Эрман, цепляя к поясу тяжелый тесак.

– Не могу знать, – отчеканил посыльный, и, бросив взгляд в сторону, полушепотом добавил:– только что к причалу подошла галера с юга.

В каюте наварха стратига под капитанским мостиком, собирались капитаны кораблей.

– Комиты федератов Германариг и Гильдериг. – Резкие звуки в именах северян были не выговариваемы для ромейского горла.

В адмиральской каюте дромона собрались пять конунгов с ладей федератов и еще двенадцать капитанов с греческой вспомогательной флотилии. Они шумно приветствовали друг друга и наварха Василия.