Социальные проблемы инновационного развития общества

Чтобы определить в каком направлении должны изменяться социокультурные ценности российского общества, перед которым стоит задача спрессовать во времени завершение индустриализации и реализовать принятую в 2008 году стратегию перехода к информационному обществу, целесообразно выяснить степень их соответствия требованиям, которые оно предъявляет, в частности, к человеческому и социальному капиталу. Очевидно, что таким капиталом сегодня обладают страны, уже вошедшие в информационное общество. Отметим, что его принципиально значимые характеристики не зависят от географического положения страны и своеобразия ее национальной культуры.

Поэтому анализ соответствия социокультурных ценностей россиян человеческому и социальному капиталу, необходимого для решения этой задачи, основан на сравнении их с социокультурными установками обществ развитых западных стран (таблица 1). Приведенные данные основаны на расчетах российских социологов В. Магуна и М. Руднева[30 - Магун В., Руднев М. Жизненные ценности российского населения: сходства и отличия в сравнении с другими европейскими странами // Вестник общественного мнения, 2008, № 1; http:// www. levada.ru/zurnal html]. В контексте статьи нет необходимости подробно останавливаться на используемой ими методологии. Важно отметить, что они основаны на данных и методологии европейского социального исследования (ESS) – Международного сравнительного проекта, осуществляемого в 25 странах, к которому недавно присоединилась Россия. Опросы россиян проводились в конце 2006 – начале 2007 гг. Использовав ценностную классификацию Шварца, авторы на основе факторного анализа предложенных им 21 одной ценности, они выделили два интегральных ценностных фактора, которые по-своему содержанию совпадают с ценностными осями Шварца (их характеристика дана в сносках к таблице 1). Включенные в них ценности имеют первостепенное значение для формирования человеческого и социального капитала, соответствующего требованиям информационного общества. Данные, приведенные в таблице, свидетельствуют о принципиальном различии между ценностными установками российского западного общества. Ценностные установки у 80 % российских респондентов включены во второй и четвертый кластеры, в то время, как доля их западных респондентов, хотя и колеблется в определенных пределах, но значительно ниже, чем в России: во втором кластере – в 1,5–2, а в четвертом – в 1,5–3,5 раза.