Госпитальер и Робеспьер

Все знали, что когда глава специального отделения находится в таком состоянии, от него лучше прятать подальше не только пистолеты, но и любые колюще-режущие предметы.

Впрочем, Дока Сэма можно было понять. Такого еще в спецотделении не случалось. Такое невозможно было представить себе даже в кошмаре.

Док Сэм нагнулся над телом Утконоса, лежащим на кровати в одиннадцатой палате.

– Он перевел Его Преосвященство Обезьяну в одиннадцатую палату, дезактивировал контрольсистемы и открыл доступ к амфибии на пятом причале, – сказал начальник охраны.

– Я всегда считал Утконоса легкомысленным человеком, – неожиданно спокойно произнес Док Сэм.

– Перед тем, как уйти, негр выпил его кровь, – начальник охраны, бывалый вояка, прошедший не через один военный конфликт на планетах второй линии, был поражен увиденным. Горло несчастного Утконоса будто рвали зубами. – Он что, вампир?

– Он Черный шаман, майор. Ему нужны поклонение и Сила.

– Сила?

– Чужая кровь, – Док Сэм похлопал труп по плечу.

 – Ты разочаровал меня, Утконос! – он обернулся к начальнику охраны. – Какие шансы у Его Преосвященства Обезьяны скрыться от нас на планете?

– Никаких, – бодро воскликнул начальник охраны. – Человеку с такой внешностью долго не пробыть на планете. Мы вычислим его быстрее, чем…

– Чем он напьется еще крови?.. Учтите, что выйти из блока высокой защиты у него тоже не было никаких шансов…

***

Глайдер приземлился на посадочной площадке управления "Н" Министерства внешней информации.

Управление занимало кусок суши в тридцати километрах от Санкт-Петербурга.

Филатов прошел в выполненное в викторианском стиле здание. В приемной начальника управления он поздоровался с майором в армейской форме – бессменным адъютантом Шутихина. На лице адъютанта выражались только такие чувства, которые были необходимы. Сейчас он нацепил сдержанно-приветливую улыбку.

– Генерал ждет вас, – произнес он.

Филатов шагнул в переливающуюся зеленым, красным и синим цветами дверь, которая при прикосновении к ней рассыпалась, распалась на красивые, вспыхнувшие всеми цветами радуги осколки, но тут же восстановилась за спиной.

При попытке проникновения нежелательного посетителя она могла бы стать преградой, которую не возьмешь и из плазмопробойника.

Филатов очутился на лунной поверхности. Раз в месяц Шутихин менял интерьер. Сегодня это была луна старой Земли.