Черное закулисье. Сборник рассказов

Мне же лучше, я все равно понятия не имел, что с ней делать. И в правду, не выбрасывать же ее в лесопосадку, как котенка? Но тут теперь оставаться не безопасно. Думаю, что полуголой особой быстро заинтересуется милиция, а через правоохранительные органы мстители выйдут и на меня. Войдя в дом, я почувствовал приятный вкусный запах еды. На старенькой плите стояла большая кастрюля и в ней что-то готовилось. Удивительно, но я даже не знал, что эта рухлядь вообще находится в рабочем состоянии, так как повода ее использовать у меня не было.

В доме чисто, пол недавно был вымыт, пахло влагой. Я насторожился, двери за спиной открылись, и в них прошла Тогжан с большим алюминиевым ведром с водой.

– Ты чего творишь, девчонка?! – я опешил, она разгуливала по селу в таком виде?

– Что? – Тогжан деловито удивилась. – Всего-то убрала в твоей дыре и приготовила плов.

– Дура! Я же велел тебе никуда не выходить из дома! – мне захотелось ее треснуть, но глядя на это тощее тельце, рука не поднялась.

– Что! Лучше бы ты спасибо сказал! Я для тебя вон, сколько всего сделала, а ты! – насупившись, она залезла с ногами на диван.

Да что эта малолетка себе там напридумывала? Ты хоть осознаешь, с кем разговариваешь?

– У тебя мозги есть?! Ты вообще понимаешь, что нас ищут очень опасные люди? Меня хотят убить! Ты в таком виде разгуливала по селу! Соседи уже дважды могли вызвать милицию! Если уже этого не сделали.

– Ничего подобного! – по-подростковому резко запротестовала Токжан. – Я сказала соседке тете Вере, что ты мой дядя, и я просто вымазала всю одежду и пока она сохнет, буду в майке.

Она даже одолжила мне немного денег, чтобы я сходила в магазин.

Я громко выругался и взялся руками за голову:

– Она еще в майке и в магазин сходила. Через все село. Ебать! А тетю Варю не смутило, что у нас во дворе на веревках не висит никакого белья? Дядя, блять, – девочка виновато опустила глаза. – Нужно было тебя там оставить, – я бросил ей пакет с вещами. – Вот, переодевайся, мы скоро уезжаем.

Тем временем, я начал наносить заживляющие мази и перевязывать раны. Тело сильно ослабло и ломало, а каждый поворот, для того, чтобы обработать выходное отверстие, делал мое существование невыносимым. Уже переодевшись, Тогжан заметила мои потуги и страдания. Должен признать, что все купленные мною вещи хорошо ей подошли. Черные зауженные джинсы, белые кеды и темно зеленая майка с кислотным ярким рисунком, делали из нее обычного подростка.