Иерусалим. Взлет и крушение Великого города

«Список с высочайшей грамоты, посланной священнейшим и благочестивейшим государем нашим Маркианом, постоянным августом, к архимандритам и прочим монахам, обитающим в Элии и около нее.

Наше величество, прочитав прошения, которые вы прислали к благочестивейшей и священнейшей государыне супруге нашего смирения, самым делом убедилось, что вы не моление о помиловании прислали, а под видом просьбы обнаружили ваше нечестивое намерение, противное и божеским законам и римскому государству.

Тогда как надлежало соблюдать спокойствие, подчиняться священникам и заимствоваться от них учением, вы, по чрезмерной самоуверенности, вздумали присвоить себе звание учителей, не желая учиться от правоучащих, и неразумно убедивши самих себя, что все должны относительно знания веры следовать более вам, нежели книгам святых апостолов и пророков и постановлениям блаженной памяти отцов. Как будто будете виновны меньше прежнего, если затемните ваши преступления ложными показаниями, – вы не показали в просьбах ничего истинного, утверждая, что вы или монастыри не были виновниками ни поджогов, ни убийств, ни других неуместных поступков, а что упомянутые злодеяния были делом жителей города и некоторых чужестранцев. Но никакое из преступлений не скрылось от нашего благочестия; потому что известия о событиях и донесения о каждом из них показали, как город Элия взят был, будто неприятелями, вами, которые должны обитать в монастырях и пребывать только в подобных местах; или – как нечестиво совершено было убийство почтенной памяти диакона, и как его тело, после смерти, лишенное обыкновенного погребения, влачимое, бесчувственно было поругано; как дома были зажигаемы, ворота города запирались, будто в независимом государстве, стены города оберегались, и, когда насильственно отворена была темница, доставлено было учинившим злодеяния прощение преступлений и случай к опасному побегу. Когда зло более и более усиливаюсь, вы показали, что предшествующие события очень незначительны в сравнении с последующими, так как вознамерились чрез посланного убить святейшего епископа Иувеналия и других почтенных иереев. Когда же посланный обманулся в надежде, то он совершил, не имеющее отношения к его собственному и пославших его безумию, поразив мечем священной памяти епископа Севериана и не пощадив бывших с ним.