ИГИЛ. Зловещая тень Халифата

Саддам Хусейн создал Управление по делам племен для поддержания взаимоотношений с племенными вождями, которые поддержали ослабевшее центральное правительство.

Он также позиционировал себя как лидер суннитов, используя религиозную мобилизацию для укрепления своей власти и предоставляя преференции для суннитских религиозных структур. В то же время ослабление властных институтов под сокрушительным прессом международных санкций создало пространство, в котором религиозные институты значительно расширили поле своей деятельности, предоставляя гуманитарную помощь, образование и здравоохранение для все более нищавшего населения[24 - Alexander and Assaf, 2005a.

].

С самого начала, еще даже до того, как американские войска вступили в Багдад, американские чиновники решили управлять Ираком как страной, состоящей из разрозненных враждующих групп. Это видение иракского общества, судя по всему, берет начало в грубых оценках соотношения числа арабов-шиитов, курдов-суннитов и арабов-суннитов, отраженных в картах Ирака, которые имели широкое хождение среди американских чиновников в 2003 году[25 - International Crisis Group, 2013, p4.

]. Сектантский «баланс» – и где, возможно, конкуренция сект – активно поощрялись Америкой с самого начала иракской кампании[26 - Alexander and Assaf, 2005a, и Zangana and Ramadani, 2006.].

Практика мухасасы – использования системы квот на предствительство людей различных вероисповеданий в органах власти – была полностью поддержана теми политическими партиями, выживание которых зависело от судеб воинствующего сектантства в регионе.

Как поясняет Тоби Додж, эта система «по сути, приватизировала иракское государство. Система позволила иракской политической элите растащить государственную собственность по собственным карманам и финансировать за счет нее партии, к которым она принадлежит»[27 - Dodge, 2014, p17. ].

Ключевым фактором, который предопределил быстрый выход системы из-под контроля, было неолиберальное наступление на остатки иракской инфраструктуры. Поль Бремер, не останавливаясь ни перед чем, добился того, что общественная собственность, системы здравоохранения и социальной поддержки были пущены с молотка[28 - См. Dodge, 2010; Herring and Rangwala, 2006, pp222–236, для более подробной информации.].