Что есть что в мировой политике

для основной части политических классов Украины и Грузии, а также для определенных политических сил Молдавии задача вступления в НАТО стала главной внешнеполитической целью, призванной закрепить евро-атлантический и европейский выбор их государств, преобладание в их истеблишменте представителей одного из регионов (Украина, Молдавия) или решение задач территориальной целостности (Грузия, Молдавия). Основой стремления правящих кругов этих стран вступить в Североатлантический блок является ст. 5 Договора о создании НАТО, согласно которой любой член НАТО, подвергшийся нападению, получает военную помощь путем «немедленного осуществления индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым, включая применение международной силы».

Правящие круги Грузии и Молдавии рассчитывали, что согласно названной статье Договора о создании НАТО они, находясь в составе блока, получат возможность для решения проблем своей территориальной целостности, не считаясь с внешнеполитическими факторами, включая российский.

Однако НАТО, опасаясь быть втянутым в открытую конфронтацию с Россией или увязнуть во внутриполитических проблемах отдельных стран постсоветского пространства, так и не предоставило в 2008 г. Киеву и Тбилиси плана действий по членству в НАТО (ПДЧ), а также уклонялось от использования блока во внутриполитической борьбе в Украине. По причине нерешенных территориальных конфликтов НАТО не видело быстрых перспектив для вступления Грузии в альянс.

Вооруженный конфликт с Южной Осетией и последовавший за ним в августе 2008 г. российско-грузинский кризис (война) продемонстрировали ограниченные возможности НАТО на постсоветском пространстве. Руководство блока 8 августа выступило с заявлением в поддержку агрессивной политики Президента М. Саакашвили, чем исчерпало как политический, так и иной потенциал поддержки Грузии в ее конфликте с Россией. Практически не проявил себя в период кризиса и ГУАМ.

После российско-грузинской войны августа 2008 г.

и появления новых независимых закавказских государств – Абхазии и Южной Осетии – вопрос о вступлении Грузии в НАТО перестал быть актуальным. Однако НАТО сохраняет политику «открытых дверей» для Тбилиси и Киева, что позволяет руководству Североатл антического блока в случае с Украиной влиять на ее внешнюю и частично внутреннюю политику, а по отношению к Грузии – осуществлять достаточно плотный контроль.