1612. Минин и Пожарский. Преодоление смуты

Причем эта записка – явная фальшивка, подготовленная большевистскими идеологами вместе с другими «подтверждающими место захоронения» документами. Масса нестыковок в связи с этими документами не остановила председателя госкомиссии 90-х годов XX века Бориса Немцова (одного из самых известных либеральных «ультра» того периода), который административным решением свернул работу следствия. Вероятно по тем же причинам, по которым Керенский, а потом и Ленин отказались от суда над Николаем II. Керенский в своих воспоминаниях не может избавиться от ощущения собственной неадекватности: его ненависть к Государю стала ощущаться совершенно нелепой после кратковременной встречи с Николаем II.

Изменник взглянул в глаза праведнику и не выдержал взгляда. Точно так предатели прячут глаза по сей день.

Фальсификация следствия готовилась многие годы. В цепи событий не только фальшивки чекистов, но и участие в деле известного деятеля эпохи перестройки А. Яковлева (еще в 1964), и разрушение дома Ипатьева Борисом Ельциным (в 1976), и попытки закрыть дело еще в 1993 со стороны одного из ведущих пропагандистов либеральных реформ, разрушающих Россию, – Анатолия Собчака.

В ходе следствия, начатого в 1991 году, было очень много странных совпадений и несуразиц. Версия о злонамеренной подтасовке материалов дела следствие не рассматривало. Пробы для экспертизы брались без свидетелей и без описи. Сама экспертиза проводилась почему-то за рубежом. Под заключением американских и британских экспертов стоит лишь одна подпись российского эксперта.

Иностранные исследователи ограничились описанием методологии исследований в специальных статьях, предпочитая не делать никаких выводов. Генетическая экспертиза проводилась вне всякого контроля, образцы костной ткани, взятые для анализа останков, могли быть подменены в любой момент, в работу беспрепятственно могли включиться представители западных спецслужб и т. д. Выводы генетической экспертизы через несколько лет были поставлены под сомнение японскими исследователями, которые получили в своих опытах иные результаты.

Очевиднейшие факты ельцинской следственной комиссией просто не брались во внимание. Например, правительственные эксперты проигнорировали необходимость обнаружения на черепе, который приписывался Николаю II костной мозоли от удара самурайской саблей 29 апреля 1891 года, когда медиками в ране был обнаружен осколок кости 2,5?2 см. След от раны наблюдался врачами Государя вплоть до 1918 г.