Вслед за автором

Переходы между двумя сюжетными линиями резки, неподготовленный читатель может потерять нить повествования. Только старинный поморский говор сигнализирует нам о сменившейся вдруг картинке. По этой причине с первого прочтения сложно полностью осознать смысл рассказа. На мой взгляд, автору следовало бы помочь читателю перестроиться в моменты перехода повествования от одного персонажа к другому.

Таким приёмом автор пытается «сшить» две реальности в одно полотно, чтобы нащупать места пересечения между старинным Варлаамом и современным Безымянным, найти параллели между судьбами героев.

Но есть ли точки соприкосновения? Скорее всего, их нет. Даже более того, один из героев проиграл другому схватку в человечности. Но обо всём по порядку.

Сцена с Варлаамом на норвежском корабле выглядит немного потусторонне. Жена Варлаама пускается в беспутное поведение и предстаёт перед нами совсем другим человеком. Нет никакой видимой причины и обоснования такого поведения людей, ни норвежцев, ни Варвары.

Есть на Руси хорошее наименование для подобных необоснованных поступков, люди говорят: «Бес попутал». Но это не сочетается с поведением Варвары, изменившимся задолго до событий на норвежском корабле. Почему она превратилась из любящей жены в одержимую бесами женщину, автор не объясняет.

Реакция же Варлаама очень близка и понятна нам. Приступ гнева у северного богатыря завершается убийством, муками раскаяния и желанием Варлаама умереть. Но самоубийство грех и Варлаам готов принять кару, какой бы суровой она ни была.

Он стойко встречает тяжкие испытания, зная о неминуемой расплате.

Претерпев же до конца, Варлаам спасается от вины и мук совести. Он оправдан Богом, и доказательство его вины исчезает, уносимое ветром. Он получает новую жизнь на берегу реки Кереть. Новая жизнь – как благодать Божья. Незаслуженно и негаданно Всевышний даёт Варлааму ещё один шанс прожить свою жизнь как подобает верующему.

Варлаам ежечасно обращается к Господу, ищет поддержки и опоры.

Он знает, в чьих руках находится и кто может в любой момент осудить его или помиловать.

У нашего Безымянного современника в это время появляется спутник, Юра. Юра предстаёт перед нами как новый русский юродивый. Он не сидит на паперти, не одет в лохмотья. Его ухоженный внешний вид может ввести в заблуждение, но искалеченная рука с пересаженным чужеродным пальцем даёт нам понять, что внешность обманчива. Юра исполняет роль глашатая Истины.