Просветитель

Словно лев, бросился он на злодеев-еретиков, выпрыгнув из чащи Священного Писания, с высоких и прекрасных гор пророческих и апостольских учений, и своими когтями разорвал их скверные утробы, напоенные ядом жидовства, своими клыками растерзал и сокрушил их, разбивая о камень.

Еретики обратились в бегство и прибыли в Москву, где уже имели готовую помощь себе – Алексея протопопа и Дениса попа, которые успели многих прельстить и поставить на службу своей беззаконной жидовской вере. Среди монахов они прельстили окаянного Зосиму – назову его не архимандритом, но осквернителем, радующимся калу идолослужения, наподобие первого еретика Зосимы Черного.

Потом они привлекли в свою ересь монаха Захара, потом Федора Курицына из двора великого князя, безместных дьяков Истому и Сверчка, из купцов же – Семена Кленова. А Федор Курицын, Истома, Сверчок и Семен Кленов многих других научили жидовствовать.

В то время протопоп Алексей и Федор Курицын имели такое влияние на великого князя, как никто другой. Они занимались астрономией, астрологией, чародейством и чернокнижием и другими ложными учениями.

Из-за этого к ним многие присоединились и погрязли в глубине отступничества.

Так пришел на землю прескверный сатана – и нашел у многих землю сердечную возделанной и умягченной житейскими удовольствиями, тщеславием, сребролюбием, сластолюбием, неправдой, и посеял свои гнусные плевелы через порождения ехидны, беззаконных убийц, еретиков, осмелившихся хулить милостивого и сладкого моего Владыку. О земля, о солнце, как вы терпите! Ведь нет такой хулы и такого ругательства, которых не изрыгнули бы эти нечестивые еретики мерзкими языками своими на Единородного Сына Божьего, на Пречистую Его Матерь и на всех святых.

Все это случилось в годы архиерейства митрополита Геронтия. Он сам, хотя и исповедовал христианство, о других же христианах нимало не заботился – то ли из-за своего невежества, то ли не радея о них, то ли опасаясь великого князя. А в это время овцы Христова стада, увы мне! гибли от ереси.

Вскоре, спустя немного времени после смерти Геронтия в 6997 году (В 1489 г. от Рождества Христова.), ученик Алексея дьякон Истома, соучастник дьявола, пес адов, был пронзен удой Божьего гнева: гнусное сердце его, вместилище семи лукавых духов, и утроба его загнили. Он позвал к себе некоего врача, и тот, посмотрев, сказал, что болезнь его – Божий гнев, поэтому она неизлечима человеческими средствами. Так в тяжелых мучениях Истома испустил свой нечистый дух.