Могильный Алхимик

Наблюдая за сценой из ближайших пушистых кустов можжевельника, она прокручивала в голове план Лунаса. Им предстояло проникнуть в башню, взломать алхимический замок на внутренней двери и незаметно пробраться в катакомбы к тайным сверхзащищенным хранилищам. В одном из них Винсент припрятал асараб, хотя гарантий этого у них не было.

– Я пришел проверить, не оставила ли Лиар у вас свою книжку, – уверенно солгал Лунас. – Она ведь часто приходила сюда на дополнительные занятия. Там могут быть подсказки, где она…

– Бедная девочка, – опечаленно произнес Ферхис, откашлявшись, и опустил взгляд.

 – Сочувствую вам и вашей семье, аро Семпер, но я думал, что ее поиск уже ведут люди ароны Опирум?

– Да, – кивнул Лунас и напористо продолжил: – Но вы же понимаете, что сейчас все заняты праздником? Никто ее не ищет.

– Понимаю, ведь в Шамадоре Ее Гривейшество, – Ферхис грустно вздохнул. – Мы с вами живем в опасное время, аро Семпер, столько ужасов вокруг творится… – брюзжал профессор, словно кто-то уже успел разозлить его.

Он снова громко прочистил горло. – Проклятый кашель! Надо лечить нервы…

– Выздоравливайте! – пожелал Лунас. – Думаю, эта книжка поможет людям ароны Опирум в поисках. Она принадлежала нашей матери, Лиар всегда носила ее с собой и делала записи.

– Разумеется, проходи, – профессор впустил его. – Я, конечно, не видел ничего подобного, но, правда, и не искал.

Ферхис пожал плечами и отошел в глубь комнаты. Лунас, между тем, незаметно подпер дверь камнем, чтобы Эль могла проскочить.

– Давно она была у вас? – уточнил Лунас, следуя за преподавателем.

Когда они скрылись в глубине башни и шаги затихли, Эльвия осторожно прошмыгнула внутрь, крепко придерживая подол платья, чтобы нечаянно ни за что не зацепиться и не наломать дров.

В помещении было сыро – серые каменные блоки еще удерживали прохладу ночи. Вещи лежали в беспорядке, местами покрытые паутиной и пылью. На стеллажах покоились банки и стеклянные сосуды, наполненные неизвестными Эль субстанциями, а рядом – платяной шкаф и железная дверь с выжженными вокруг замочной скважины рунами.

На протянутой через все помещение веревке висели когти и клыки животных, сушеные грибы и венички полевых трав. В воздухе царил упоительный аромат иссыхающего ранней осенью луга. В камине тлели дрова, а над слабым огоньком висел пыхтящий чугунный котел. В центре помещения располагались широкое потертое кресло и круглый стол.