Могильный Алхимик

Нейран в ночной мгле, с трудом разгоняемой факелами, различил, как один из герольдов подошел к королеве и глубоко поклонился. После ее отмашки он выпрямился и принял адели?т Ивессы, чей голос был самым весомым в спорах за выпускника. Для любого шамадорца заслужить его было величайшей честью.

Нейран, однако, потерял интерес к происходящему. Его сердце гулко стучало в груди, отсчитывая последние секунды спокойствия и прежней жизни. Подав заявку на выступление, он собственноручно перечеркнул все шансы остаться в тени и подписал себе приговор.

Тем не менее, он прекрасно осознавал, что поступил бы так же, доведись ему все переиграть.

Перед выстроенной шеренгой будущих выпускников расхаживал Манти?р. Он заложил руки за спину и цепко высматривал в лицах студентов нечто, известное только ему.

– Ну что, недоумки, – произнес он в меру громко и резко, чтобы выпускники торопливо выпрямились, как на военном параде, но на трибунах его не услышали, – настал ваш час Пра-Ведной.

И только попробуйте своими физиономиями вляпать титул этой школы в грязь, я с вас шкуры посдираю, сидеть не сможете! Я ясно выражаюсь?

– Так точно, аро Манти?р! – рявкнул хор голосов. Нейран скептически промолчал.

Мантир остановился напротив середины шеренги и скрежетнул зубами. Ветер, пахнущий хвоей, шелестел листьями деревьев волчьего леса и теребил его одежду.

– А теперь, сопляки, я должен разбить вас на пары. Я бы мог это сделать, но лучше сами выбирайте себе дуала.

С умом… ну или тем, что у вас осталось замест этого в черепушках. Вы должны выбрать того, кому доверяете или просто считаете меньшим дегенератом, чем всех остальных. И поживее!

Выпускники стали перешептываться. Ска?ра Деламо?нт, стоящая по правую руку Нейрана, беспокойно покосившись на дальний конец шеренги, наклонилась к нему и тихо произнесла:

– Если хочешь, я могу стать твоим дуалом.

Он повернул голову и удивленно уставился на нее, почувствовав в этом вопросе нечто большее, чем обычное предложение вместе выступить на Ратных.

Но его мысли сейчас занимали другие дилеммы, поэтому он безразлично бросил:

– У тебя разве не Э?рлин?[18 - Э?рлин Тере?ра [Тэрэра].] – боевой?

Скара смутилась и принялась дергать заусенцы на пальцах. Нейран даже в сумраке заметил, как ее щеки порозовели.

– Я… да, конечно, – сбивчиво пробормотала она.