Прикосновение

Она мне казалась чем-то неприступным, совершенно далёким и вообще не из мира сего, будто инопланетянин среди людей. Но ещё меня поражало то, что в такой момент, когда надо было спасаться и прятаться куда-либо, мы просто прикалывались друг над другом, словно старые добрые друзья, никогда не знавшие ни смерти, ни опасности, ни химического отравления. В этом мире явно было что-то не так, или же мы были не такие, как все.

– Валяй, я был бы очень рад, – ухмыльнулся я, чувствуя, как в груди всё застывало от происходящего, а сердце билось медленно, будто боялось нарушить своим шумом этот прекрасный момент.

Я представил, как выглядел со стороны: грязный, весь в крови, ободранный, побитый, с растрёпанными волосами, пухлый, бледный от страха, но самое главное – с безумной улыбкой на лице, что подтверждало мою необычность и сногсшибательность. Да, я такой.

Ванесса, нахмурив брови, хотела уже что-то возразить, но в этот момент где-то совсем недалеко от нас послышался звук стрельбы и чьи-то голоса, смешанные с топотом шагов.

– Быстрей, иди за мной, – напряжённо прошептала она, вслушиваясь в общий шум и пытаясь понять, как далеко находились наши похитители.

Когда мы тихо вышли из нашего укрытия, я только тогда понял, что мы находились в укрытии, закрывавшего нас с разных сторон и спасающего от пуль и всеобщего хаоса, в котором я так ничего и не понимал.

Самим укрытием являлись две столкнувшиеся друг с другом большие машины, образовавшие угол, в котором мы и оказались. Что же всё-таки происходило? Кто на кого напал и почему? Зачем нас похитили и почему нас никто не спасал?

В ужасе оглядываясь и боясь, что сейчас нас заметят, я быстро двигался за девушкой, спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу. Жутко болели кровоточащие раны, бинт, что мне намотали на руку, просочился алой жидкостью, мышцы ныли и требовали отдыха, но я (что, в общем, был молодец) заставлял волочить свои ноги за подругой.

Что-то больно жгло на щеке, видимо, там был порезы тоже от стекла, но проверять я не стал.

Я огляделся. Машины «остановились» где-то далеко от города и вообще от цивилизованной жизни: слева было огромное поле с некошеной чуть пожелтевшей травой, справа – тёмный лес, на деревьях которого появлялись первые осенние листья.