Кровь демона. Арена Богов

То есть я должна намеренно утопить себя!

– Нет, ты не так поняла! – продолжал Пабло. – В смысле, есть что-то, что хоть как-то повлияло на тебя? Не обязательно в физическом смысле.

– Я не знаю. Вроде бы нет, – грустно ответила я.

Однако внезапно в воспоминаниях всплыл огонь. Яркое обжигающее пламя, переходящее с одного предмета на другой и испепелившее весь мой дом. Вместе с воспоминаниями появилась и ярость, которую я чувствовала в тот день – день, когда я лишилась всего, чем дорожила. В этот момент в ладонях я почувствовала тепло.

По реакции своего учителя я поняла, что магия проявила себя, видимо, недостаточно.

Пабло быстро понял, что мысленно я не здесь. Что вернулась в тот день, когда появилась цель моей жизни: найти и отомстить. Он решил, что злоба и ярость, которую я испытываю, являются самыми сильными чувствами в данный момент. Что, возможно, они не только омрачают мое сердце и мысли, но и придают мне силы. Пусть нечистые своим естеством, но зато невероятные по своей природе.

И если подтолкнуть их в нужном направлении, они превратятся в мощный двигатель моей силы.

– Он лишил тебя всего, – начал раздирать мою рану Пабло. – У тебя нет больше дома, и нет больше родного человека в этом мире.

– Заткнись, – прошептала я.

Кулаки сжимались все сильнее, и слова Пабло задевали все больше. Насколько же я должна разозлиться, чтобы он остановился?

– Твоя мать умерла от его руки. Ты теперь одна. А он? Наслаждается своей жизнью, ведь это не у него отняли самое дорогое.

Только лишив его жизни, ты успокоишься. Кровь за кровь.

– Заткнись! – выкрикнула я громче. – Заткнись! Заткнись! Заткнись!

– Прочувствуй эту боль, что он причинил тебе, пропусти ее через себя снова. А затем выплесни… – немного подумав, он указал на дерево недалеко от нас, – Выплесни в то дерево.

Ладони страшно горели, больше не в силах держать в себе обжигающее пламя. Я послушно направила их в сторону дуба и выплеснула всю магию в него. Основание дерева осталось на месте, однако вся верхушка слетела напрочь, оставив лишь неровные корни в земле.

– Молодец! – Пабло восхищенно подошел ближе, – Кажется, я понял, как с тобой нужно…

Что было дальше, я помнила смутно. Лишь отдельные обрывки воспоминаний помогали частично собрать все в одну картину. Первое, что я помнила, это голос. Сначала он звучал в голове, приказывал направить ладони на своего учителя. Я старалась противиться ему, однако в тот момент это было сложно сделать.