Память веков

 – Смерть! Смерть! Смерть!»

Из печных труб едва заметно поднимается лёгкий дымок.

«Когда я в последний раз ел?» – невольная мысль.

Желудок призывно отозвался урчанием.

«Давно… Насколько помниться, при мне был мешок, довольно тяжёлый».

Человек опустил взгляд. В двух шагах действительно валяется мешок, холщовый, потёртый, видавший виды. Человек уселся рядом с ним, аккуратно развязал его и принялся с любопытством разглядывать содержимое.

«Меч… ножны и рукоять обтянуты чёрной шершавой кожей. На вид дорогой».

Рукоять удобно легла в руке. Клинок бесшумно вышел из ножен, блеснул в свете луны. Несколько быстрых точных движений, со свистом рассекающих воздух. Человек почувствовал себя увереннее, улыбнулся.

«Рука знакома с мечом».

Он аккуратно, с любовью, вернул меч в ножны, положил его рядом с мешком. Достал небольшой арбалет и запас болтов к нему.

«А это мне зачем? – уставился он на арбалет. Положил рядом с мечом.

С не меньшим удивлением он обнаружил несколько ножей, плоских, обоюдоострых.

Взял один из них, повертел в руках, разглядывая, резко метнул в ствол дерева, находящегося в десяти шагах. Нож глубоко вошёл в древесину. Человек присвистнул.

«Как много мне нужно узнать о себе… Любопытно, что там ещё найдётся».

Запустил руку в мешок. Порывшись, извлёк свёрток из куска парусины. В ткань была завёрнута пара ломтей зачерствевшего хлеба и небольшой кусок вяленого мяса.

«Небогато, – вздохнул человек. – Но хоть что-то».

Извлечённый на свет кожаный бурдюк вызвал восторг.

Человек встряхнул его, вынул пробку. Терпкий запах вина ударил в нос.

«Это уже лучше», – сделал глоток.

Отрезал мясо, положил на хлеб. Желудок ответил благодарным урчанием.

Мир сразу перестал казаться бесцветным и унылым. Человек вернулся взглядом к деревне. Посмотрел вдаль, за неё. Туда, где чернеют, едва угадывающиеся, очертания замка, окружённого стеной.

«Город? До него миль десять. Что если обойти деревню стороной и пойти сразу туда? В городе проще затеряться, смешаться с толпой.

Да и того, кто сможет помочь с памятью, в городе найти проще».

Голос ничего не ответил на это. Человек воспринял молчание добрым знаком.

Снизу, кажется, совсем близко, раздалось злобное рычание. Человек присел, сжался. Потянулся за мечом. Взгляд скользит по камням. Рычание не прекращается, напротив, оно становится громче, яростнее, доносится из леса. К рычанию присоединяются новые, не менее пугающие звуки.