Память веков

 – Так что это?

– План расследования, – коротко ответил Родвир, не вдаваясь в подробности.

– Интересно, – Хелер перечитал записи на листе бумаги. – Гранселан с тобой многим поделился. Значит, осмотр комнаты?

– Надеюсь, у тебя есть для этого время?

– Да, идём.

Хелер так же бесшумно, как вошёл, вышел из комнаты. Родвир шёл следом. Пройдя длинный, по обычаю полутёмный коридор, они спустились на первый этаж, преодолели ещё один коридор и вышли в холл. Просторный, светлый. Стены были завешаны тканями. Пол выстилали ковры.

Мягкие, тёплые, с длинным ворсом. Холл освещался люстрой с сотней свечей, висевшей высоко, под потолком.

Он контрастировал со всем, что видел Родвир в замке до этого.

– А здесь не всё так жутко и мрачно, как мне показалось вначале, – отметил Родвир.

– Замок поделён на две части, – равнодушно ответил Хелер. – С первой ты уже знаком. Она служит для разного рода деловых встреч. В основном с людьми тайными или неблагонадёжными. Вроде тебя.

Родвир хмыкнул.

– Ты считаешь себя благонадёжным? – удивился Хелер.

 – Мы нет. И даже то, что Гранселан позволил тебе разгуливать по замку и совать свой нос в чужие дела, не добавляет тебе благонадёжности.

Родвир не отреагировал на укол Хелера.

– Ты не веришь, что сэр Грегори был убит?

– Нет, – честно признался Хелер. – Расследование, которое ведут уважаемые в городе люди, приходит к выводу, что смерть Грегори была естественной. У меня нет причин не верить в это. Никаких доказательств обратного нет.

Родвир промолчал.

– Вторая часть замка жилая, – продолжил Хелер прерванную лекцию, – здесь мы сейчас и находимся. В ней на разных этажах находятся комнаты членов ближнего круга, моя, барона и его семьи, – Хелер осёкся, но быстро взял себя в руки и продолжил. – Каждому отведён свой этаж.

– Семьи барона? – Родвир заметил заминку Хелера.

Знахарь пропустил вопрос. Сделал вид, что не услышал его.

– Удобно, когда у тебя имеется в распоряжении целый этаж.

Родвир не стал переспрашивать.

– Кроме комнаты самого хозяина, на каждом этаже есть и другие, для прислуги.

Миновав холл, они оказались в широком коридоре. Стены его покрашены в белый цвет. На стенах висят портреты. Много портретов. На одних краска почти полностью облезла, до такой степени, что невозможно разобрать, кто на них изображён. Другие были более современные.

– Хозяева Грансера, справа на стене, – прокомментировал Хелер, – начиная со дня основания города. Члены ближнего круга слева.