Система гуманитарного и социально-экономического знания

Вопрос о соотношении материи и сознания, материального и духовного – лишь одна сторона основного вопроса философии. Но есть еще и другая, которая формулируется в вопросе: познаваем ли мир? Как соотносятся наши мысли об окружающем нас мире к самому этому миру? «В состоянии ли наше мышление познавать действительный мир, можем ли мы в наших представлениях и понятиях о действительном мире составлять верное отражение действительности?»[17 - Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. – Т. 21. – С. 283.]

Отрицательный ответ на этот вопрос характерен для представителей агностицизма (философского учения, согласно которому не может быть окончательно решен вопрос об истинности познания окружающей человека действительности; такова, например, позиция Юма) и скептицизма (философской концепции, подвергающей сомнению познание объективной действительности; этих взглядов придерживались Пиррон, Карнеад, Секст Эмпирик и др.

). Нельзя однозначно связывать агностицизм или скептицизм с материализмом или идеализмом. Агностики и скептики встречались как среди материалистов, так и среди идеалистов.

Вместе с тем подобная формулировка основного вопроса признается не всеми философами. В истории философии известны и другие его трактовки. Для Ф.Бэкона основной вопрос философии – это проблема овладения стихийными силами природы, для Камю – вопрос о том, стоит ли жить. Да и некоторые современные отечественные авторы основным считают вопрос о смысле жизни и назначении человека, одной из сторон данного вопроса выступает вопрос о соотношении материи и сознания.

Доказать, что именно эта трактовка основного вопроса, а не иная, является истинной, в философии нельзя. Как, впрочем, нельзя доказать, что материалистическая позиция является единственно верной, а идеалистическая – ложной. Дело в том, что построение систем материализма или идеализма начинается с принятия определенных аксиоматических положений: о первичности материи или сознания. Но принятие подобных аксиом более связано не с их обоснованностью (хотя и это важно), а с решением для себя проблемы мировоззренческого выбора.

Кстати, это положение не ставит философию принципиально вне научного знания. Философия лишь разделяет судьбу многих наук, которые основывают свои утверждения на аксиомах (это обычное дело в математике, теоретической физике и ряде других наук). В этом состоит лишь специфика организационного строения философии, не более.