Курс отечественной истории

Маркс подчеркивал: «Эпохи отличаются не тем, что производится, а тем, при помощи каких орудий труда это делается». В свою очередь, производительные силы являются основой любой общественноэкономической формации. Каждой ступени развития производительных сил соответствуют определенные производственные отношения (совокупность экономических отношений между людьми в процессе производства), формирующие социальную структуру общества. В результате совершенствование орудий труда, развитие производительных сил влечет рост производительности общественного производства и требует совершенствования, а на определенной ступени – коренного изменения производственных отношений, а в конечном счете – преобразования всей системы политических и социальных структур.

Анализируя историю человечества, К. Маркс и Ф. Энгельс делили ее на пять последовательно сменяющих друг друга формаций: первобытно-общинную, рабовладельческую, феодальную, капиталистическую и будущую стадию развития – коммунистическую. При этом они делали важные политические выводы, подчеркивая, что переход от одной формации к другой может происходить лишь путем революций.

Поэтому, говорил К. Маркс: «Революция – это локомотив истории», «насилие – повивальная бабка истории». Эта теория рисовала историю человечества как процесс уверенного в целом, при отдельных зигзагах, непрерывного подъема общества по лестнице, ведущей вверх, к сияющим вершинам счастья и всеобщей радости. Она, казалось, давала простые и ясные ответы на самые сложные вопросы, позволяла применить к общественной жизни отдельной страны общий критерий повторяемости, поставить «диагноз» и выписать «рецепт лечения» существующих проблем, указать вектор будущего развития. С этим во многом был связан успех этой теории, ее популярность в кругах интеллигенции различных стран.

Вместе с тем к этой теории накапливалось все больше неудобных вопросов. Если 30–40 тысяч лет назад все люди стартовали в своем развитии примерно с одной линии, почему за это время они растянулись на колоссальной дистанции? Почему вперед вырвался десяток стран Европы и Северной Америки?

Почему некоторые народы практически не отошли от стартовой линии? Почему в этой теории история представляется как всеобщий однолинейный процесс, в котором различия в основном допускаются лишь по вертикали, в рамках формационного коридора? Наконец, есть страны, например Китай, которые крайне сложно отнести к какой-то определенной формации.