Политическая наука № 4 / 2012 г. Мировая политическая динамика

В фундаментальной работе «Турбулентность в мировой политике: Теория изменений и преемственности» [Rosenau, 1990] он, во-первых, осуществляет дерзновенную попытку охватить всю мировую политику, т.е. представляет ее как целостный динамический объект. Во-вторых, он выделяет различные уровни («параметры») мировой политики (микропараметр – способности и ориентации индивидов, которые связывают их с макромиром глобальной политики; макропараметр – ограничения, связанные с распределением власти между сообществами в глобальной системе и внутри них; реляционный параметр, отражающий отношения власти и подчинения между индивидами на микроуровне и сообществами на макроуровне – [Rosenau, 1990, p.

10]). В-третьих, он анализирует основные движущие силы параметрического изменения мировой политики, выделяя пять основных.

5. Переход от индустриального уклада к постиндустриальному, динамика технологий, в особенности связанных с микроэлектронной революцией, которые сделали социальные, экономические и политические дистанции гораздо короче, движение идей, изображений, валют и информации гораздо быстрее и, соответственно, взаимозависимость людей, а также событий гораздо теснее.

6. Появление новых вопросов, таких, как загрязнение атмосферы, терроризм, наркоторговля, валютные кризисы, СПИД.

7. Снижение способности государств и правительств обеспечивать удовлетворительные решения основных вопросов политической повестки, отчасти потому, что новые вопросы выходят за рамки их юрисдикции, отчасти из-за существенного международного влияния, отчасти вследствие уменьшения лояльности граждан.

8. Децентрализация, увеличение когерентности и эффективности субсистем.

9. Расширение аналитических и иных способностей индивидов, увеличение сознательности их отношения к властям – «сегодняшний человек-с-улицы уже более не тот отстраненный, ограниченный и манипулируемый в отношении к мировым проблемам, каковыми были его предшественники» [Rosenau, 1990, p. 12–13].

Очевидно, что все эти факторы действуют и сегодня, образуя наблюдаемую картину «неотурбулентности».

В чем принципиальная новизна современной динамики? Можно предложить несколько гипотез.

Вслед за переходом, упоминаемым Розенау в первом пункте, случился дальнейший качественный сдвиг, вызвавший революционные изменения в коммуникациях, в том числе политических – развитие глобальных сетевых технологий. Соответственно, произошли дальнейшие ускорение и интенсификация процессов, которые перечисляет Розенау.