Образование и воспитание в исламе

После смерти ‘Усмана отказался признать ‘Али халифом. В ходе сражения, которое произошло между ними в 657 г. при Сиффине, когда победа стала склоняться на сторону ‘Али (‘а), Му‘авийа предложил передать решение спора, кому быть халифом, благочестивым арбитрам. Арбитры, подкупленные Му‘авийей, решили вопрос в его пользу. Раскол среди сторонников ‘Али (‘а) и борьба с хариджитами не позволили начать новую войну против Му‘авийи.] и ниспослания Божьей благодати сыновьям Имама Хусейна[39 - Имам Ху с айн б.

‘Али (626–680) – сын ‘Али б. Аби Талиба и Фатимы, дочери Пророка. Пал смертью мученика в 680 г. в местечке под названием Кербела, недалеко от Куфы, в борьбе против узурпировавшего власть в халифате Йазида б. Му‘авийи (680–683). Гибель Хусейна (‘а) повлияла на дальнейшие политические события и ещё больше сплотила сторонников семьи Пророка. Многие политические движения в Халифате против тирании властей проходили под лозунгом отмщения за кровь Хусейна (‘а).], сказал: «От Имама Хусейна в день ‘Ашуры[40 - ‘Ашура (араб. «десятый») – десятый день месяца мухаррам 61 г. хиджры (13 октября 680 г.), день поминовения имама Хусейна (а), павшего мученической смертью в Кербеле.] в живых остался только один сын, то есть ‘Али б. ал-Хусейн, и от него пошли многочисленные поколения саййидов[41 - Саййиды (араб. «господин») – почитаемые и уважаемые в исламском мире потомки Пророка по линии ‘Али б. Аби Талиба и Фатимы.]. А от рода Омейядов никого не осталось». Затем относительно Омейядов он сообщил, что «в 61 году хиджры (в 680 г. н. э.), в день трагедии Кербелы в домах у членов рода Омейядов стояло 12 тысяч золотых колыбелей». Так какова же была численность членов рода Омейядов? И сколько должно быть в их домах колыбелей, из общего количества которых 12 тысяч оказались бы золотыми?

Хансари[42 - Мухаммад Таки Хансари (ум. 12 августа 1952 года) – крупный иранский учёный-богослов, один из авторитетов для подражания (марджа ‘-и таклид) для мусульман-шиитов.

] в своё время подшучивал над подобными рассказами и однажды иронически заявил: «Да, в своё время город Герат был до того огромным и многолюдным, что одних только одноглазых торговцев требухой с именем Ахмад в нём насчитывалась 21 тысяча! А теперь сами подсчитайте. Естественно, не всех мужчин в городе звали Ахмадом, и не все люди, которых звали Ахмадом, были одноглазыми, а одноглазые Ахмады не все были торговцами требухой.