Россия и мусульманский мир № 12 / 2012

И здесь возникает фундаментальный вопрос: не существует ли причинно-следственного отношения между состоянием перманентной войны и ускоренным приближением глобального кризиса?

И является ли эффективным применение военной силы в отношении населения страны, подверженной оккупации, не порождает ли такое применение нарастание волны сопротивления? Не случайно в упомянутом выше полевом учебнике утверждается, что иногда чем более мощная сила используется, тем менее эффективной она становится.

Свои парадоксы содержит и внешнеполитическая задача геополитики.

Если хотя бы один руководитель суверенного государства не испугается, то он может «испортить» всю геополитическую игру.

Фукуяма не заметил геополитического аспекта проблемы. Он рассматривает проблему будущего с социально-классовых и идеологических позиций. Но такой подход уже не отвечает глобальным аспектам современного исторического процесса. Проблема идеологии будущего «угасает» в информационных механизмах современной геополитики. Она играет подчиненную роль.

В ситуации реальной геополитической игры исчезает определяющая роль как «левых», так и «правых», как христиан, так и мусульман. Они превращаются в средство геополитической игры, в которой особая социальная роль идеологии становится не нужной. Ключевое значение приобретает определение «чужого», представляющего в геополитической игре очередную «угрозу». Соответственно задача состоит в создании его негативного образа, как «угрозы», подлежащей элиминации. Таким образом, идеология подчиняется смене дихотомии образов.

Формирование дихотомии образов оказывает все более глубокое влияние на глобальную жизнь. В силу реальности процессов глобализации человек оказывается включенным и материально, и информационно в глобальную смертельную игру. Жизнь страны и каждого гражданина этой страны основывается на формировании состояния социально-психологического транса, связанного с возникающей угрозой выживания себя, своего тела, своей семьи, своих друзей и близких, а значит, и сограждан.

Глобальные игроки всматриваются в виртуальную реальность, оценивают состояние будущего и пытаются определить наиболее выгодное направление стратегической политики. Современная геополитическая игра может принимать как военные, так и экономические, информационные формы. Суть дела от этого не меняется. Виртуально все включены в глобальную игру. Смысл игры видится в постоянном состоянии войны различными средствами и с различными геополитическими «противниками».