Россия и мусульманский мир № 12 / 2011

Можно выделить еще и третий тип общин (существующий, например, в Дагестане), где в рамках небольшой географической зоны сосуществуют носители гражданского и «сословного» (семейственного) начал. Они отличаются большей консолидированностью в своем политическом поведении.

Именно носители «семейственности» (или «сословности») еще со времен государственного социализма представляли собой достаточно сплоченное сообщество в коридорах власти Дагестана. Участвуя в выборах в Верховный Совет РСФСР (1990), автор с удивлением обнаружил существование четкой «вертикали» сословного типа с коррупционными свойствами, пронизывающей от шести до десяти районов республики.

В ее клиентельную базу входили высокопоставленные члены райкомов партии и райисполкомов, а «патроном» являлся один из членов бюро обкома КПСС. Всех этих представителей власти объединяло социальное происхождение: они воспринимались в массах как представители некогда (еще в XIX в.) зависимого и даже ущемленного в правах сословия. Их отличали высокие мобилизационные способности и умение добиваться консолидированного голосования массы горцев на нижних ступенях клиентельной базы. Социальные структуры Дагестана и КЧР (и, в некоторой степени, КБР) отличаются от тех, которые существуют в Чечне и Ингушетии. Общину РСО-Алания, в силу высокой урбанизации и более современного типа социальной структуры, нельзя отнести ни к одной из этих групп. Общины, существующие в Дагестане, КБР и КЧР, – это территориальные общины (первого типа), являющиеся своеобразными мини-полисами со своей историей и демократической традицией; влияние родовых связей в них почти отсутствует. В Дагестане достаточно представлены и общины третьего типа, сочетающие в себе гражданскую и посословную модели поведения. Общины Чечни и Ингушетии – это территориальные социальные ячейки, сочетающие гражданское и, в меньшей степени, родовое (тейповое) начала. Представители одного тейпа могут проживать в разных территориальных общинах, и это обстоятельство нейтрализует родовое чувство. В Чечне начиная со времен Кавказкой войны XIX в. родовое начало постепенно вытеснялось на периферию социальной и политической жизни даже на локальном уровне. Попытки возродить родовую солидарность и традиционный институт мехк-халк (выборный орган, формируемый на ежегодном собрании тейпов) с целью усилить политическую самоорганизацию чеченского общества в период правления Дудаева окончились неудачей.