Золотая книга старорусской магии, ворожбы, заклятий и гаданий

Плачет тоска, рыдает тоска, белого света дожидается!

Белый свет красна солнышка дожидается, радуется и веселится!

Так меня, рабу (такую-то) дожидался, радовался и веселился,

Не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни пить, ни есть.

Ни на утренней заре, ни на вечерней!

Как рыба без воды, как младенец без матери,

Без материна молока, без материна чрева не может жить,

Так бы раб (такой-то), без рабы (такой-то)

Не мог бы жить, ни быть, ни пить, ни есть.

Ни на утренней заре, ни на вечерней,

Ни в обыдень, ни в полдень,

Ни при частых звездах, ни при буйных ветрах,

Ни в день при солнце, ни в ночь при месяце.

Впивайся тоска, въедайся точка, в грудь, в сердце,

Во весь живот рабу (такому-то),

Разростись и разродись, по всем жилам, по всем костям

Ноетой и сухотой по рабе (такой-то).

Примечание: «Ноета», происходит, разумеется, от слова «ныть», а «сухота» – от слова «сохнуть». Подобные напасти, как предполагалось, должны были передаться бедной «околдованной» девице.

Колдун, или колдунья при этом всячески старались так или иначе, воздействовать более действенными псособами, и, если удавалось, использовал самые примитивные яды. «Заказчика» заговора при эом всячески подбадривался и убеждали, что девица уже сохнет по нему «который день» и что осталось лишь совсем немного.

В случае вполне возможной неудачи обвинение строилось на том, что вмешался более сильный колдун, что с просьбой заговора обратились слишком поздно, или, что заказчик оказался не слишком-то щедр для того чтобы произвести «полноценные» магические действия.

Как бы то ни было, колдун в накладе не оставался, тем более, что с целью «отчитки» от все той же «сухоты» и «ноеты» родители девицы могли обратиться опять-таки, к нему же!

* * *

Из свежего веника, сделанного из березовых веток, берут пруток, который кладут на порог той двери, в которую должен пройти любимый человек. Кладя пруток, нужно произнести такие слова:

«Как высох этот тоненький пруток, так пусть высохнет и милый друг (имя) по мне, рабе (имя)».

Пруток, когда человек, о котором заговаривают, прошел через порог, убирают в тайное место, потом топят баню, кладут этот прут на полок на верхнюю полку, поддают больше пару и, обращаясь в сторону, где лежит пруток, говорят:

«Парься, пруток, и будь мягок, как пушок, пусть и сердце (имя) будет ко мне, рабе (имя), так же мягко, как и ты».