Мусульманское право. Библиографический указатель по мусульманскому праву и обычному праву народов, исповедующих ислам

Во всех же остальных случаях – при наличии положений Корана и сунны, которые могут быть неоднозначно истолкованы, – таковые могут быть отнесены как к шариату, так и к фикху. Однако если в шариате они сохраняются в неизменном виде, то в фикхе мусульманские правоведы, соответствующим образом интерпретируя их, выводят новые правовые нормы. По мнению приверженцев данной точки зрения, в шариат входит религиозная догматика, этика и т. н. «практические» нормы (‘ибадат и му‘амалат), охватывающие вопросы культа и отношений между людьми, если они напрямую отражены в Коране и сунне.

Упомянутые «практические» нормы – как раз и есть сфера пересечения шариата и фикха, поскольку эти правила поведения входят не только в шариат, но и в понятие «фикх». Однако кроме однозначно понимаемых предписаний Священной Книги и сунны, касающихся регулирования культовых вопросов и отношений между людьми, фикх включает несравненно большее число норм, разработанных мусульманскими правоведами на основе толкования айатов (стихов) Корана и хадисов.

На наш взгляд, последняя трактовка соотношения понятий «шариат» и «фикх» имеет не только важное теоретическое значение (позволяя более или менее четко разграничить религиозные и правовые аспекты мусульманского права, не проводя при этом между ними жесткой границы), но и целесообразна с практической точки зрения (поскольку больше соответствует потребностям текущей практики).

Другие правоведы полагают, что следует четко обозначить границы между понятиями «шариат» и «фикх». В шариат, по их мнению, включаются положения Корана и сунны, не требующие специального толкования, т. е. имеющие прямой смысл. В то время как фикху отводится функция формулирования необходимых решений там, где заканчивается сфера действия прямых норм шариата. Следовательно, фикх является органичным продолжением и развитием в историческом контексте положений шариата[4 - Например, известный мусульманский историк, комментатор Корана и правовед Мухаммад ат-Табари (838 или 839–923), одним из первых давший определение понятию «шариат», считал, что последний состоит из правовых предписаний, содержащихся лишь в тексте Священной Книги.