Циклогексан (сборник)

Так что компенсировать «честный отъем» мне придется с большой лихвой, потому что летчики в Аэроклубе искренне любят свои самолеты, дают им нежные имена, холят их и лелеют. Самолет для них – нечто вроде любимого домашнего животного, лучший друг и почти член семьи. Отобрать безвозмездно? Я, может, и циник, но не скотина.

Взять денег было бы проще всего на Земле в Штабе. В сейфе всегда есть запас в основных валютах и золоте, но у меня нет доступа к сейфу. Нужен Балыкин, а к нему сейчас не подступишься – занят человек.

Он-то в Аэроклуб почти не наведывается, потому и удивлен: какого рожна я вздумал, понимаете ли, миндальничать? А такого рожна, что Аэроклуб – не Малина!

Нанести, что ли, визит в подвалы местного государственного золотохранилища? Могу ведь. Но это плохая идея. Во-первых, нужна наводка. Во-вторых, этим я могу косвенно помешать действиям нашей группы. Нет уж, добывать золото мне придется в каком-нибудь ином мире. А жаль, черт возьми, что в Аэроклубе, как и почти везде, ценится золото, а не свинец или, допустим, алюминий…

Впервые в жизни я ощутил себя нищим голодранцем.

Казалось бы, имея возможность свободно ходить по множеству миров, можно за неделю сколотить состояние на одной только контрабанде. Можно и быстрее, если важность цели перевешивает этические табу. Но нет – мне, как всякому нормальному скользуну, достаточно знать, что я в принципе могу достать сколько угодно денег, а значит, мне нечего о них думать.

Но поди достань их всего за два часа!

Даже меньше.

Куда там два часа! Через два часа я должен буду появиться на самолете над городом. У меня есть от силы тридцать минут.

Мысленно я прикинул еще несколько вариантов – например, угнать самолет прямо здесь, а не тащить его из мира в мир, – и отверг их. Оставался только один путь. Этически безупречный. И… жуткий.

Балыкин бы мне голову свернул, знай он, куда я нацелился. А ведь он сам натолкнул меня на эту мысль, обозвав меня Лобачевским.

Неевклидова геометрия… Если шире, то – миры непривычные, пугающие, со странными свойствами, с иными законами природы…

Чувственная навигация – с этого начинается обучение юнца-скользуна. Это просто, как мычание. «Хочу в мир, где девочки будут вешаться на меня гроздьями» – ну и пожалуйста, вот тебе такой мир. «Хочу в мир, где никто не станет смеяться над моей картавостью» – и незадачливый скользун попадает в мир поголовно картавых.