Кедровая Бухта

Вероятно, простой разговор не приведет ни к чему плохому.

– Хорошо, – согласилась она.

Оливия посмотрела на свою тележку, в уме пытаясь сосчитать, сколько времени ей потребуется для покупок.

– Тридцать минут, – предложил Гриффин, победно улыбаясь. – Я буду ждать вас в кафе.

Договорившись, он направился к выходу. Оливия ничего не могла сделать – этот мужчина вызывал в ней любопытство, а его фраза о том, что он практически потерял сына, заинтересовала ее. Вероятно, у них куда больше общего, нежели считала Оливия.

Спустя двадцать пять минут покупки были сложены в багажник машины, а Оливия вошла в кафе «Кофе и сок» по соседству с магазином. Конечно же Джек ожидал ее, грея руки о горячую чашку с латте. Он сидел за круглым столом у окна и встал, когда приблизилась Оливия. То, что он поднялся, было мелочью, демонстрацией хороших манер и уважения. Но этот вежливый жест сказал Оливии так же много о мистере Гриффине, как и все его слова и поступки.

Она села напротив Джека, и он подозвал официантку, которая сразу же появилась рядом с их столом.

Оливия заказала черный кофе, и спустя минуту возле нее уже стояла большая керамическая кружка.

Джек подождал, пока молоденькая официантка, ученица старших классов, уйдет, а потом заговорил:

– Я просто хотел, чтобы вы знали – я имел в виду именно то, что написал: ваш поступок на прошлой неделе вызывает у меня восхищение. Должно быть, решение далось вам нелегко.

Оливия хотела напомнить ему, что она не может обсуждать свою работу, но Джек остановил ее, покачав головой:

– Знаю, знаю.

Но по-моему, вы сделали отважный шаг, и я не мог позволить, чтобы он остался незамеченным.

Оливия предпочла бы, чтобы он не выставлял свое мнение на обсуждение всего города. Однако сейчас она ничего не могла сказать или сделать, чтобы погасить резонанс от напечатанной статьи.

– Как долго вы находитесь в Кедровой Бухте? – спросила Оливия.

– Три месяца, – ответил Джек. – Вы намеренно хотите отвлечь мое внимание от вас?

– Думаю, да, – ответила Оливия с горькой улыбкой.

 – Итак… у вас есть сын?

– Эрик. Ему двадцать шесть, и он живет в Сиэтле. В возрасте десяти лет ему поставили диагноз редкой формы костного рака. Никто не ожидал, что он будет жить… – Его лицо потемнело от воспоминания.

– Но он выжил, – продолжила Оливия.

– Мой сын жив и здоров, – кивнул в знак согласия Джек. – И я крайне благодарен за это.

После Гриффин рассказал, что Эрик работает на «Майкрософт» и очень хорошо справляется.