Кедровая Бухта

– Зачем? Мы будем разговаривать дальше?

– Нет, – мрачно буркнул Дэн.

– Вот и я так подумала.

Она протянула руку за трубкой и прочистила горло.

– Алло, – ответила Грейс, заставляя себя говорить спокойно.

– Мам? О, мама, ты никогда не догадаешься! – закричала Келли. – Я только что узнала. Я беременна! – Радость в голосе дочери была такой чистой и искренней, какой Грейс никогда не слышала ранее.

– Беременна? Ты уверена?

Грейс почувствовала, как из ее глаз вновь покатились слезы, но теперь это были слезы радости.

Спустя десять лет брака Келли и Пол уже и не надеялись на ребенка. Они прошли через нескончаемые тесты и процедуры, и Грейс уже готова была оставить надежду, что ее дочь забеременеет. Она хотела внуков, но это казалось невероятным. Это были удивительные новости. Просто замечательные.

Дэн вошел в кухню.

– Это Келли, – взволнованно проговорила Грейс, закрывая ладонью трубку. – Она беременна.

Глаза мужа потеплели, и он улыбнулся. За последние месяцы это была первая искренняя улыбка, окрасившая лицо Дэна.

– Черт, это замечательно.

– О, милая, мы с твоим отцом в восторге.

– Дай мне поговорить с папой.

Грейс вручила трубку Дэну. Келли всегда была особенно близка с отцом, и сейчас они разговаривали несколько минут.

Дэн положил трубку и подошел к плите, где Грейс жарила мясо. Он подошел к Грейс сзади и, положив руки ей на талию, обнял.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– Я знаю. Я тоже тебя люблю.

– Все будет хорошо.

– Я знаю.

Так и будет.

Грейс верила. Надеялась. И сейчас у нее была причина, чтобы продолжать верить и надеяться и с радостью смотреть в будущее. Брак не был всем, чего она хотела, но, вероятно, он играл самую важную роль в ее жизни. Она сделала все, чтобы он был источником радости. Грейс провела тридцать пять лет с Дэном. Были времена хорошие и не очень.

Ребенок дочери давал ей надежду на прекрасное будущее.

Глава 4

– Этим вечером поведу я, – сказала Оливия матери. Прошлый раз, забираясь в автомобиль, который вела Шарлота, Оливия поклялась себе, что это в последний раз.

Оливия подозревала, что Шарлота из тех водителей, которые никогда не попадали в аварии, но постоянно служили причиной этих самых аварий.

– Но сегодня моя очередь, хотя должна признать – ненавижу водить по вечерам.

Оливия сняла черную мантию и повесила ее в маленький шкаф в своей комнате. О суде пока можно забыть. Ее ждало вечернее свидание, правда, оно было назначено матерью.