Рождественские письма

Тяф и тяф со случайным гав, когда им время от времени наскучивало собственное бесконечное тявканье.

Зельда сняла трубку на втором гудке, ее голос показался К.О. усталым, и похоже, сестра запыхалась.

– Алло? – резко произнесла она в трубку.

– А, привет.

Полное отсутствие энтузиазма налицо. Ко всем прочим неприятностям теории доктора Джеффриса способствовали возникновению холодка в отношениях двух сестер.

– Тебя тоже с Рождеством, – бодро откликнулась К.О. – Ты сейчас можешь говорить?

– Конечно.

– Девочки отдыхают?

– Нет, – пробормотала Зельда. – Они решили, что больше не станут отдыхать после обеда. На 125 странице своей книги доктор Джеффрис говорит, что надо позволить детям спать только тогда, когда они этого сами захотят. Принуждая их спать после обеда и укладывая вечером в одно и то же время, мы нарушаем их естественную природу.

– Понимаю. – К.О. с трудом сдержала желание затеять спор. – Кстати, о докторе Джеффрисе…

– Я знаю, ты не согласна с его философией, но именно так мы с Заком собираемся растить дочерей.

– Согласна, но…

– Извини! – завопила Зельда.

Раздался такой звук, будто она выронила телефон из рук.

Откуда-то издалека до К.О. доносился громкий голос сестры, орущей на девочек и собак. Между ее воплями вклинивалось собачье тявканье. Прошло добрых пять минут, прежде чем Зельда вернулась к телефону.

– Что случилось? – с неподдельным беспокойством спросила К.

– О, ничего.

– Я сказала, что видела доктора Джеффриса.

– По телевизору? – вяло поинтересовалась Зельда.

– Нет, вживую.

– Где?! – Вот теперь она полностью завладела вниманием Зельды.

– На Цветочной улице. Ты не поверишь, но он живет в моем доме.

– Доктор Джеффрис? Да ладно!

Теперь Зельда определенно заинтересовалась разговором.

– Подожди, я ведь слышала, что он переехал в Сиэтл как раз перед публикацией книги. – Зельда глубоко вздохнула.

– Не сомневайся.

– О господи, а ты разговаривала с ним? Он такой же красавчик в жизни, как и на фото?

Испытывая к нему весьма негативные чувства, К.О. на мгновение задумалась, прежде чем ответить.

– Он довольно симпатичный.

Конечно, это было явное преуменьшение, но внешность – не самое главное. К.О. показалось, что этот человек холоден и неприступен. Да и вообще лишен обычных человеческих чувств.