На распутье

Такое отступление от госкапитализма означало шаг в теоретическую и политическую неизвестность – как обеспечить начало строительства основ социалистической экономики с помощью свободной торговли? Настало время для более глубокого осмысления всего опыта революции, представлений о путях и методах перехода от капитализма к социализму. Теперь главный вопрос нэпа для Ленина переместился в плоскость определения предела новых уступок и поиск новых точек опор – как в противостоянии натиску капитализма, так и обеспечении победы социализма над ним.

Очевидно, принятие такого решения в области внутренней политики для В. И. Ленина было облегчено теми новыми представлениями о перспективах развития российской социалистической революции, к которым он пришёл в конце 1920 г. – о значительной автономности её от темпов и успехов развития мировой социалистической революции, на которую он стал смотреть как условие прочной победы российской революции, а не как на условие её победы вообще

. Это было новым словом для российских марксистов.

Отныне В. И. Ленин связывает перспективу социалистической революции в России, в основном, с решением внутренних проблем страны и состоянием большевистской партии

. Переход к нэпу не только не изменил этих оценок

, но ещё более упрочил их во взглядах В. И. Ленина. Победу на внутреннем фронте он связывал с выполнением плана электрификации страны и возможностью обеспечить в течение 10–20 лет «правильных отношений с крестьянством», строящихся на базе нэпа

.

За это время, надеялся Ленин, даже если не произойдёт пролетарской революции в других странах, советские республики подготовятся к тому, чтобы перейти от торговли к товарообмену, а от него, как считалось, до социализма (продуктообмен) оставался один шаг

. Успех электрификации позволял блокировать опасности, исходящие от индивидуализма мелкого земледельца и свободной торговли

. Поэтому осуществление программы электрификация и проведение нэпа, по мнению Ленина, обеспечивали победу российской социалистической революции не только внутри страны, но и во «всемирном масштабе (даже при затяжке пролетарских революций, кои растут)»

Всё это позволяло В.

 И. Ленину спокойнее отнестись к перспективе замедления темпов развития революции, возможным более сложным и глубоким социально-экономическим и политическим манёврам, позволявшим выиграть время, сохранить власть и сосредоточиться на решении внутренних задач, требующих «целых десятилетий»

.