По обе стороны фронта. Неизвестные факты Великой Отечественной войны

Вспоминает Зоя Зарубина, сотрудница НКВД СССР, дочь высокопоставленных советских разведчиков:«3 июля был призыв Сталина, и в этот момент в Москве уже стали готовиться группы. Нам давали ложные паспорта, якобы мы где-то в других местах жили. И это были или явочные квартиры, или схрон оружия. Мы жили на цокольном этаже, там был подпол. И вот туда доверху натолкали оружие. Группа, в которую я попала, это была группа нашего очень хорошо известного композитора, его звали Лев Константинович Книтер. Он в свое время был офицером белой армии.

Конспирация в группе была высокой, связь по цепочке. Я знала только пятерых, больше я никого не знала».

Как-то сразу Москва превратилась в прифронтовой город. Войска, отряды самообороны, «ежи», баррикады, укрепления. Жизнь по законам военного времени. Первые бомбежки столицы начались уже в конце июля. В городе светомаскировка и ночные дежурства на крышах. Немецкие летчики всегда целились в центр. Пожары на Арбате и Садовом кольце стали обычным делом.

Рассказывает Вера Дёмина, в 1941-м – ученица 9-го класса московской школы № 243:«Немец бомбил Москву вовсю.

По пять тонн бомбы бросал. Сносило сразу по 19–20 домов».

В театр им. Вахтангова попала бомба. Уничтожение грозит сотням памятников архитектуры, истории и культуры. По городу начинает расползаться слово «эвакуация». Тогда москвичи не знали, что их город – одна большая пороховая бочка. Заминированы сотни оборонных предприятий, ГУМ, Кремль, телеграф, Большой театр. Кто мог предположить, что такое придется делать своими руками…

Вспоминает Зоя Зарубина:«Когда ребята приходили, просто плакали, говорили, что вот они только что заминировали телеграф, нашу гордость, какие-то помещения в Кремле.

Они приходили опустошенные».

Войска противника уже недалеко от Москвы. Паники еще нет, но вести с фронта не радуют. Кругом все уезжают, особенно евреи. Из Москвы в Куйбышев отправлены дипломатические миссии, государственное имущество вывозят 200 поездов и 80?000 грузовиков.

Эвакуации подлежат 500 московских предприятий вместе с рабочими и их семьями.

Вот что запомнила Вера Дёмина:«Все вокзалы были забиты людьми. Все старались уехать куда-нибудь – на север, на восток в основном».

Головокружительное продвижение немецких войск на восток обернулось позором и проклятием для тех солдат и офицеров Красной армии, кто оказался в немецком плену. Только в первые дни войны таких было около миллиона. Плен. Его боялись. Его стыдились.