Поворот дороги

– Все бы отдал, чтобы обратить время вспять и стереть события последних шести лет, – произнес он, глядя на Бетани сверху вниз.

– Семи, – поправила она. Связь бывшего мужа с Тиффани началась задолго до того, как он потребовал развода.

– Хорошо, семи, – со вздохом согласился он. В его глазах Бетани прочла раскаяние. – Скажи… есть хоть какая-то надежда, что мы снова сможем быть вместе?

Пока Бетани обдумывала свой ответ, Грант оставался напряженным, словно ожидая отказа.

– Не знаю, – качая головой, изрекла она.

– Возможно ли забыть о прошлом и счесть, что последние семь лет и развод никогда не имели места?

– Но в действительности это не так.

– Знаю, – убитым голосом прошептал Грант. – Если бы я мог исправить то, что сотворил с тобой и детьми, то непременно сделал бы это. Я заплатил бы любую цену. Если ты жаждешь крови, я готов истечь ею. Без тебя я несчастен, Бетани. – Своей искренностью его слова ранили ей сердце.

Грант ожидал ответа, но, как ни старалась, Бетани ничего не могла придумать.

В горле ее стоял комок. Она любила бывшего мужа… и до сих пор любит в некотором смысле: они крепко связаны прожитыми вместе годами, воспоминаниями об их свадьбе, годами борьбы и жертв, счастьем дружеского общения. Несмотря ни на что они навсегда будут соединены их детьми.

– Может быть, – выдохнула она.

Он улыбнулся, распрямил плечи:

– Пока этого обещания мне вполне достаточно.

Глава 4

Энни с энтузиазмом перебирала содержимое материнского гардероба в поисках серебряного пояска, который стал бы идеальным дополнением к ее юбке в мексиканском стиле. Она хотела наповал сразить Вэнса красотой, когда он заедет за ней. Не каждый день девушке делают предложение – если таково в действительности было его намерение. Энни именно так и считала, потому что все на это указывало: ужин в дорогом ресторане и тот факт, что его видели в первоклассном ювелирном магазине.

Она завязала пояс на талии и принялась изучать свое отражение в большом зеркале, висящем на двери материнской ванной комнаты. В зеркальной поверхности также отражалась двуспальная кровать, которую раньше делили ее родители. Даже после шести лет жизни в одиночестве Бетани продолжала спать с правой стороны, а не посередине.