Поворот дороги

Энни плотно сжала губы, изо всех сил стараясь игнорировать теперь уже бывшего бойфренда, потому что не хотела больше слушать его неловкие оправдания.

– Прекрати, Энни, мне ненавистна мысль о расставании с тобой, когда ты сердишься на меня.

Она демонстративно повернулась к нему спиной и стала смотреть в другую сторону.

– Энни, пожалуйста.

И почему это лифта до сих пор нет? Ей ничего не хотелось сильнее, кроме как поскорее сбежать от Вэнса.

– Ладно, хорошо, сердись сколько тебе угодно.

Для этого ей его разрешение точно не требовалось.

– Объяви мне бойкот, если хочешь.

Энни притворилась, что не слышит.

– Я только хочу узнать, означает ли это, что ты не отвезешь нас в аэропорт?

Она резко развернулась, шокированная, что он вообще посмел об этом просить.

– Ну? – с вызовом в голосе произнес Вэнс.

Девушка отрицательно покачала головой:

– Нет, Вэнс, я не стану этого делать. Тем не менее желаю тебе хорошего путешествия. И вообще, наслаждайся жизнью, потому что я собираюсь последовать собственному совету.

Наконец пришел лифт. Энни поспешила войти в кабину вместе с другими людьми. Она в последний раз посмотрела на Вэнса, все еще сжимающего в руке черную льняную салфетку из ресторана, и взмахнула на прощание рукой.

– Пока-пока, – сказала она, когда двери лифта сомкнулись, скрыв его из виду.

Глава 5

Телефонный звонок прервал крепкий сон Бетани. Обычно люди не беспокоят других людей посреди ночи, если только не стряслось что-то ужасное.

На экране высветился номер дочери. Трясущимися пальцами она нажала на кнопку приема вызова:

– Алло?

В трубке послышался расстроенный голос Энни:

– Мам!

Приняв сидячее положение, Бетани потерла рукой глаза:

– Энни? Что стряслось?

Девушка пыталась говорить, но Бетани никак не могла уловить смысл сказанного.

– Вэнс уезжает? – переспросила она.

– В Европу с Джесси, – трагическим голосом произнесла Энни, из чего Бетани заключила, что Джесси, вероятнее всего, девушка.

Значит, сегодняшний ужин в «Спейс Нидл» был затеян вовсе не ради предложения руки и сердца, чего так ждала ее дочь. Бетани почувствовала облегчение, хотя не могла не тревожиться за Энни.

– Ах, милая, мне так жаль.

– Я… Он еще и хотел, чтобы я отвезла их в аэропорт. Можешь в это поверить? – Голос ее звенел от гнева. – Он сказал, что не может пригласить меня поехать с ним, потому что мне еще целый год учиться и у меня… есть определенные обязанности.