Казачество в 1812 году

22 августа генерал-майор Сиверс докладывал князю Багратиону: «Находящийся на левом фланге с полком войсковой старшина Комиссаров… посылал партию в леса для истребления (неприятельских войск) фуражиров, которою партиею отыскан отряд фуражиров при офицере; разбили оную: ызят в плен офицер и девять рядовых, которые отправлены генерал-лейтенанту Коновницыну…»

23 августа главнокомандующий М. И. Голенищев-Кутузов доносил императору Александру I о том, что им в 12-ти верстах впереди Можайска при деревне Бородино выбрана позиция для сражения.

В том же донесении полководец писал государю и о действиях казаков против войск Наполеона на Смоленской дороге:

«Касательно неприятеля, приметно уже несколько дней, что он стал чрезвычайно осторожен, и когда трогается вперед, то сие, так сказать, ощупью. Вчерашнего дня посланный от меня полковник князь Кудашев заставил с 200 казаками всю конницу Давустова корпуса и короля неаполитанского несколько часов сидеть на лошадях неподвижно. Вчера неприятель ни шагу вперед движения не сделал.

Сегодня казачьи наши фортпосты от меня в 30-верстах, и боковые дороги наблюдаются весьма рачительно».

Среди тех, кто отличился в арьергардных боях перед днем Бородина, оказались офицеры и нижние чины Атаманского казачьего полка. Интересен список его обер-офицеров, представленных полковым командиром С. Ф. Балабиным 2-м к награждению за отличия в боях с 17 по 25 августа. Это были есаул Зазерсков, сотники Хоперсков 6-й, Галдин и Свиридов, хорунжие Гульцов и Макаров 2-й.

Об отличии сотника Хоперскова, уже имевшего орден Святой Анны 3-й степени на сабле (Анненское оружие) было сказано следующее:

«…Находился со ста казаками в стрелках у прикрытия ретирады арьергарда нашего, всякой день вел с неприятельскими стрелками, конницею и пехотою перестрелку и с мужественною храбростию делал многие удары (атаки), прогонял с большим поражением и при всяком удобном случае сильно удерживал неприятеля и принуждал оного дожидаться превосходных своих сил к выступлению».

Хорунжий Гульцов, «будучи со стрелками в перестрелке, поступал весьма храбро, распоряжил казаками о вреждению неприятеля и во время ударов сбивал многих собственноручно». Это говорило о том, что младший сотенный офицер при атаках находился впереди подчиненных и, умело владея пикой, не раз отличался в рукопашных схватках.

Все шесть представленных к награждению за арьергардные отличия офицеров-атаманцев уже имели награды.