Священное наследие

Фридрих Шлегель разделял человечество на две генетически враждебные расы: каинитов (выразителей исключительно плотского начала и человеческой воли) и сефитов (представителей божественной воли). Вслед за ним и Хомяков представил антиномию «плотского» и «духовного» в виде исторической драмы. В иранской духовной стихии «символом веры» является божество в виде свободно творящей личности. «Кушитство» противопоставляет этому – стихию необходимости. Соответственно этой антиномичной паре (свобода – необходимость) в кушитских религиях объектом поклонения становится Змей – символ необходимости.

Иранская мифология змею враждебна. Победа бога-громовержца над змеем – основной индоевропейский миф. Для христианина змей есть не просто символ хтонических сил. Змей (Дракон) – обладает реальным бытием и есть не кто иной, как первый богоборец. Таким образом, важной категорией кушитства, как духовного начала, есть его принципиальное (осознанное или не осознанное данным этносом на данном историческом отрезке) богоборчество.

В основе кушитских верований древности – поклонение в виде особого «религиозного материализма» «фетишам» веры: молитва воспринимается как данное свыше «заклинание», как магическая формула, влияющая на стихии, обряд прежде всего – «колдовство». В основе иранства – провозглашение свободы веры, бытующей «внутри» каждого человека. Соответственно этому, кушитство, по мнению Хомякова, как духовная константа, вне зависимости от этической дефиниции и этнического разнообразия, особенно ярко проявляется в «материальных» искусствах – живописи и зодчестве; иранство же – в литературе и музыке.

Хотя, необходимо признать, что само христианство, впитав в себя многие кушитские элементы через архитектуру и живопись, преобразило их, сделав неотъемлемой частью уже иранской традиции, воскрешенной в изначальной чистоте именно христианством.

Стихия кушитства – анализ и рационализм; иранства – синтетическое восприятие нерасчлененного мироздания.

Именно иранская стихия, по мнению Хомякова, является чистой, беспримесной особенностью духовного лица русского племени в начале его истории, и в более поздних проявлениях его культурной жизни.

Он же полагал, что кушитская стихия необходимости породила условную общность людей – государство.

Древнейшие сильные государственные образования действительно были плодами творчества кушитского духа – Вавилон, Египет, Китай, Южная Индия.