Полеты во сне и падения наяву

Возвращаясь откуда-то, захожу в наш подъезд. Там темновато, но я вижу незнакомых ребят, которые подходят ко мне. Один из них вытаскивает нож…

Субъективная реальность

Просыпаюсь от страха, еще не открыв глаза, понимаю, что это сон, тут же мысль – а чего это я собственно испугался, интересно было бы досмотреть его. Засыпаю снова и вижу все тот же сон; то же место, те же ребята, тот же нож, зная, что это сновидение, пытаюсь что-то предпринять. Но страх побеждает и во второй раз; снова просыпаюсь – на сей раз окончательно.

Помню, как меня потряс тот случай и то, что я видел продолжение сна, рассказывал всем, как что-то невероятное.

Это сейчас я знаю, что сновидениями можно управлять; менять окружение, персонажей, действия и даже сюжеты. Что-то похоже на «ССР – Сам Себе Режиссер». Ринпоче писал: – «Многие – вероятно, большинство людей – хотя бы раз в жизни имели осознанное сновидение. Может быть, это был кошмар, в котором вы поняли, что видите сон, и заставили себя проснуться, чтобы от него избавиться.

Или это было всего лишь необычное переживание. Некоторые люди часто видят осознанные сны совершенно непреднамеренно»…

Музыка в сновидениях

Объективная реальность

В 70-х годах Баку был интернациональным городом. Мы жили в таком районе города, где преобладало армянское большинство, в длинном многоблочном доме. Каждый месяц можно было видеть несколько похоронных процессий. По армянским традициям гроб с покойным выставлялся перед домом на столе, вокруг которого стояли родные, родственники, соседи и знакомые.

В течение часа, а может и дольше, играла похоронная музыка на народных инструментах.

Субъективная реальность

С детства я очень люблю музыку, а с юности стал увлекаться музыкой в стиле Hard-Rock. Ежедневно я слушал записи и диски, которые в то время не так легко было приобрести, находясь за «железным занавесом». Поэтому в квартире часто собиралась компания из моих друзей и брата и, включая музыку на полную громкость, мы часами говорили о чем-то и травили анекдотами.

Но иногда на фоне тяжелых гитарных ритмов, доносящихся из колонок нашей аппаратуры, с улицы прорывались тоскливые завывания кларнета. И тогда кто-нибудь из нас предлагал убавить звук; неудобно перед соседями. Но чаще всего я выключал музыку, и мы шли на балкон посмотреть, кого это хоронят на этот раз.

В 1979 году в мои руки попал диск группы «Barclay».