Хиромантия

Многие физиологи скажут вам, что линии эти образовались вследствие движений руки; но руки рабочего и вообще людей простого класса, которые явно находятся в большей деятельности, чем праздные руки, не имеют на ладони почти ни одной линии, исключая главных, тогда как, напротив, у праздных людей и в особенности у светских женщин внутренняя сторона руки почти сплошь покрыта линиями.

Но я сейчас приведу наиболее веское доказательство в пользу моей системы: линии уже существуют и их легко различить у только что родившегося ребенка.

Каждый может убедиться в этом, ибо у нас есть бесчисленное множество доказательств, основанных на постоянных наблюдениях, что линии, проходящие по ладони, изменяются по роду занятий и особенно занятий умственных, всего же чаще вследствие влияния упорной воли.

Несомненно, и все согласятся с этим, что инстинкты могут быть видоизменяемы воспитанием, и если нужно, воспитанием безжалостным, но особенно привычками.

Если электричество, которое непрерывно приливает извне к мозгу и от мозга стремится наружу, будет следовать, вследствие усилия воли, по постоянному направлению, то согласившись с этим, мы поймем, что электричество проводит на ладони эти линии, что оно должно оставить следы.

Вода, капля по капле непрерывно падающая на одно место, оставляет след и на граните.

И если (что неоспоримо) электричество есть в одно и то же время свет, теплота и магнетизм, то мы, с различными видоизменениями, живем посреди окружающего нас электричества, которое может связать нас с влиянием планет с помощью эфира, вдыхаемого и выдыхаемого нашей нервной системой.

Идеи эти, как только что я сказал, без сомнения странны и их можно не признавать, но невозможно дать доказательств противного, и так как нам не будет дано этих доказательств, то вместе с д’Обине мы думаем, что древние не совсем ошибались, приписывая планетам могущественное влияние на землю.

Теперь мы проследим, проведены ли эти линии руки электричеством, идущим от руки к мозгу или от мозга к руке.

Вот что мы видели в продолжение наших занятий.

Однажды является ко мне один господин; это было зимой и на нем был плащ, который он просил позволения не снимать.

Я предложил ему не стесняться.

Он мне подал левую руку, и я тотчас сказал ему:

– Вы военный.

– Быть может, – согласился он, – но прошу вас, продолжайте.

– Это сказано не без умысла, – прибавил я, – я только что сказал вам, что вы военный.