Последний де Бург

– Где нам тут спать? – нахмурившись, поинтересовался оруженосец.

– На этой кровати хватит места для всех троих, – откликнулся Николас и кивнул на громадное сооружение, размером в полкомнаты.

Оруженосец побледнел. Николас пожал плечами.

– Можешь устроиться на полу, на соломенном тюфяке, – добавил он, отцепляя меч.

– А как же… Эмери? – спросил Гай.

– Уверен, у Кенрика найдется тюфяк и для него тоже, – заметил Николас.

Управляющий согласно кивнул.

Гай не двинулся с места.

– Здесь? – переспросил он, и в его голосе зазвучали визгливые нотки.

– Да, здесь, – сказал Николас.

Обычно слуг располагали на первом этаже, но Николас предпочитал держать оруженосца под рукой и с Эмери собирался поступить так же. В отличие от ночевки на улице здесь их по крайней мере защищали стены. Николас не представлял, кто стоит за нападением на Джерарда, но, кроме Гвейна, могли быть и другие, а он поклялся защищать Гая и Эмери от опасности.

Эта мысль заставила его взглянуть на топтавшихся у порога. Гай, казалось, преграждал Эмери путь, не позволяя войти в комнату.

– Вы хотите, чтобы мы с вами ночевали? Мы оба? Вместе? – Оруженосец словно никак не мог осознать эту мысль. Да что это с ним?

– Верно. Можете расположиться на полу, если хотите, – ответил Николас. – Вокруг кровати места вполне достаточно.

Маячивший рядом управляющий снова кивнул, но уходить не торопился. Ловил каждое слово этого странного разговора, явно желая присовокупить новую сплетню к тем, что уже ходили о знаменитых де Бургах.

– Но… – начал Гай, но сразу осекся, заметив жадный интерес Кенрика.

– Но что? – нетерпеливо переспросил Николас. – Ты хочешь спать еще где-то? Если тебя пригласила какая-то девица с кухни, так и скажи. Я не буду против.

Гай от неожиданности раскрыл рот и, что-то пробормотав под нос, все-таки прошел в комнату мимо вытаращившегося управляющего. Эмери следовала за ним по пятам. У Кенрика не осталось законных причин присутствовать, пришлось откланяться.

Считая вопрос с ночлегом решенным, Николас повернулся и осуждающе покачал головой.

Он старался развеять суеверные предрассудки Гая, но начал терять терпение, испытывая привычное чувство вины. На мировоззрение оруженосца сильно повлияло то, что произошло с его хозяином.

С коротким вздохом Николас отбросил невеселые мысли и принялся снимать кольчугу, короткую, до пояса, но тяжелую. Скинув ее, он сладко потянулся, испытывая облегчение в натруженных мышцах.

Слуга принес тюфяк для Эмери.