Учение Храма. Наставления Учителя Белого Братства. Часть 1

], того Бога, в котором ныне презираемые «живут и движутся и имеют бытие»?

До тех пор пока вы способны отвернуться в гневе или отвращении от нижайшей твари из живущих; до тех пор пока вы можете убедить или соблазнить другое человеческое существо поступать так же – до тех же пор засовы врат, которые ныне отделяют вас от вашего наследства, останутся на месте, а вы будете продолжать блуждать во внешней тьме.

Слова «не судите, да не судимы будете» были сказаны вам так же точно, как были они сказаны другим божественным частицам, которые, пребывая в свете Духовного Солнца, тщились рассеять густые тучи, все еще окружавшие их; но свет этот был с такой силой сосредоточен на экранах их жизней, что их способность к верному суждению на время затмилась зажженными им огнями.

Но для вас все по-иному: вы так долго стояли в лучах этого Солнца, что свет его вошел в ваше сознание и сообщил вам способность к самоконтролю; способность придерживать свое суждение и дарить любовь, когда слабый или совершающий ошибки брат испытывает нужду в ней.

Вернитесь ко мне, дети мои, забредшие далеко окольными путями, созданными безверием, ложным суждением, отсутствием любви, так что не слышите вы больше моего голоса, не видите больше моей простертой руки! Откройте сердца свои этой божественной любви, в которой, как в зеркале, отражается наше единство. Вспомните, что грех вашего брата – ваш грех, слабость сестры вашей – ваша слабость, и как Великий Мастер не знает отдыха, пока не соберет в одно стадо всех агнцев, принадлежащих ему, так и вы не можете вступить в права своего наследства, пока не примете в любви своей сердца?, что являются частью вашего сердца.

Возьмите меня за руку и ищите вместе со мной заблудших братьев своих и окружайте их любовью, что является апофеозом всех вещей, любовью, что превозмогает все, даже самую смерть.

Когда звук слова, произнесенного вами, достигает невидимых царств; когда свет огней, зажженных вами, проникает внутрь, за пределы вашего земного зрения – и звук, и свет тогда возвращаются к той форме энергии, которой они являются неотъемлемой частью, послушной зову тех, кто обрел способность манипулировать такими формами энергии, не обязательно с помощью повторения произнесенных слов или похожих вспышек света, но как элементарными воплощениями, подчиненными их власти.