И время и место: Историко-филологический сборник к шестидесятилетию Александра Львовича Осповата

В нашем распоряжении имеются только далеко не беспристрастные свидетельства Болотова, Дашковой и Екатерины; каждый из них имел основания преувеличивать масштаб возмущения, соответственно, в военной и придворной среде. Можно указать, однако, еще одного свидетеля – А.П. Сумарокова, не принимавшего непосредственного участия в перевороте (хотя и демонстрировавшего еще в елизаветинское царствование солидарность с Екатериной). Три строфы из его оды на восшествие Екатерины посвящены описанным трехдневным торжествам:

Российски лавры увядали,

И отдавалися врагам.

Которых Россы побеждали,

Повергли Россов к их ногам.

Мир ложный Россы проклинали,

Во время торжества стонали,

На небо с плачем вопия,

И в бедство ввергнуться дерзая,

Власы от горести терзая,

И в томну грудь себя бия.

Повсюду огненныя светы;

Но что вещают нам огни?

Да здравствуют на многи леты,

Смутивши мужи ваши дни,

Да щастье Россов погубится,

Народ Российский истребится,

И православие падет,

В объятии имея сына,

Да страждет с ним ЕКАТЕРИНА,

И в век спокойства не найдет.

На свете что сей зляе части?

О мир! о трепроклятый мир!

Для нашея, у нас, напасти,

Еще уставлен пышный пир.

Зря пиршество сие безславно,

ЕКАТЕРИНА плачет явно,

И видит то весь двор и град:

Весь двор, весь град тому свидетель,

Колика в ОНОЙ добродетель,

И скольких можно ждать отрад

.

Строки, сочиненные вскоре после переворота (не позднее 6 июля), – самый ранний (после газетного отчета) печатный отзыв об июньских событиях.

Неизвестно, как именно Сумароков узнал о них: либо он сам присутствовал при торжествах, либо слышал рассказы очевидцев. Показательны строки «Зря пиршество сие безславно, / ЕКАТЕРИНА плачет явно». Упоминая яркую деталь придворной хроники, Сумароков подменяет причину высочайших слез: вместо обидных слов ею оказываются сами торжества «трепроклятого мира». Оскорбление нанесено не только Екатерине, но и всей нации: именно так обосновывается необходимость переворота.

Хотя Сумароков еще при жизни Елизаветы принадлежал к «екатерининской партии», его свидетельство нельзя списать на пропагандистские усилия новой власти. Взойдя на престол, Екатерина объявила

0 намерении соблюдать мирный договор от 24 апреля (но не союзный трактат от 8 июня). В оде Сумарокова, осуждавшего «трепроклятый мир», можно было усмотреть призыв к новой войне против Пруссии, расходившийся с политикой Екатерины.