Ватерлиния (сборник)

Не будь Менигон когда-то его другом, не будь он и теперь его учителем… Или, скажем, будь на месте Менигона какой-нибудь Штуцер – плохо пришлось бы Штуцеру, хоть он и снабженец, хоть перед ним и заискивают разные простаки. Чтобы впредь соображал, что разведчиков после разведки разыгрывать не стоит, разведчики люди грубые, розыгрышей не ценят и не любят, когда их беспокоят не по делу. А этим – шуточки. Вот и Винсент теперь – из «этих». Веселая планета Прокна.

– Дальше, надеюсь, дойдешь сам, – уронил он через плечо.

 – И больше не приходи, сделай одолжение. Считай, что попрощались.

– Я с тобой не прощался, – донеслось сзади.

Да? Вот как? Он хочет чего-то еще? Может быть, получить прощальное напутствие от некоего Шабана, какое-нибудь «семь парсек под килем»? Долетит и без напутствий, никуда не денется. Или ему хочется, чтобы некий Шабан немедленно, здесь же на месте, поторопился заручиться протекцией на будущее, на случай если когда-нибудь все же вырвется на Землю? – и протекция, конечно же, будет оказана… Шабан сжал зубы и зашарил рукой по стене, отыскивая дверную кнопку.

– Стой, – сказал Менигон.

Шабан вздрогнул. Самое простое слово, но Менигон нашел то, что нужно. Вернее, он нашел тон, похожий не на команду, а на ответ на крик: «Спасите! Погибаю!»

Разведка. Горы. Воздушная волна впереди обвала, сбивающая с ног, жужжание каменной мелочи, опередившей основной поток, ужас и втягиванье головы в плечи, брошенный к черту геолокатор и двое безумцев, пытающихся спасти то, что тогда казалось им самым ценным: записи результатов глубинного сканирования, какую-то там проекцию месторождения А на плоскость В, относительной глубиною С.

Вернее, безумец-то был один, а Менигон подыгрывал и тогда, и много позже…

Разведка. Степь. Пыль, вездеход трясет, турбина на пределе возможного режет уши смертным воем, а сверху, с голубого, как в насмешку, неба заходит для нового залпа боевой флайдарт княжества Хинаго.

Он уже промахнулся один раз и ушел на разворот, ему нет дела до того, действительно ли вездеход из Редута нарушил ненароком границу, – да и кто может точно указать, где проходит граница? – он знает только то, что промазал, а это для пилота флайдарта непростительно, за это срывают нашивки, и поэтому он не отстанет…

«Стой, – говорил Менигон. – Дай-ка теперь я…» И давал! Еще как давал.