Народ Мухаммеда. Антология духовных сокровищ исламской цивилизации

Но время научило меня кое-чему – все остальные вещи лгали;

Дни тают, их утрата позволяет проясниться и явиться непредвиденному.

И в конце концов теперь я знаю,

как могущественные люди пользуются властью.

Все влиятельные люди добьются похвалы,

какой позор они б ни заслужили.

Я знаю также: в бедности сокрыто сердце великое,

Возвышенное, совершенное, но ношенье это подобно целованию

кнута из сыромятной кожи.

Бедный человек смотрит на величие славы, власти, лавров

Как на вершину, на которую ему уж не взобраться.

И сидит средь остальных – в молчании, безмолвствуя…

Когда рождалась девочка, его лицо мрачнело: «Оставить ее на позор себе или похоронить в песках?» Погребение дочерей – дело благородное.

Ушла Умейма, чтоб остаться там, где камни высоки

и разговаривают с умершими;

Ребенок беспризорный приходит в ее тихую и скрытую от глаз

подземную обитель;

А я сплю крепко. Ныне Осторожность не приходит никогда,

чтоб разбудить меня.

Не посещает ревность меня с той поры, как все, к кому я ревновал,

скончались.

Смерть мне не недруг; я не называю ее недоброй.

Смерть дала Покой мне, даже если более великим даром

было бы Страдание.

Терпи. Ты должен выдержать.

Для человека рожденного свободно только способность

вынести удары все судьбы – честь.

Время потеряло свое масштабное значение;

ни помощи нет, ни исцеления от его разрушения силы.

Даже если сумело подчинить оно и помогло повиноваться страху своему

Иль человек отбить удар невзгод смог любым униженным согласием,

Все ж выдержать ударов натиск полный и уколов Судьбы со стороны людей,

все ж выдержать – единственная честь.

Дурайд, сын Аддера

Дурайд был победителем, удача сопутствовала ему в его планах. За свою жизнь он совершил более сотни набегов. Битва в Барханах – одна из наиболее известных…

Часовой на барханах закричал:

– Я вижу людей, у них курчавые волосы и одежды цвета шафрана.

– Они из клана Ашджа, – сказал Дурайд, – их не надо бояться.

– Теперь я вижу других, – сообщил часовой, – они похожи на детей, их копья лежат между ушами коней.

– Эти из племени фазара, – сказал Дурайд.

Часовой выкрикнул опять:

– Теперь подошли другие, смуглые, темные люди, как глубоко врезаются копыта их лошадей в землю, поднимая облако пыли величиной с гору. Копья свои они тащат позади себя.

– Эти из племени абс! – воскликнул Дурайд. – Они несут с собой смерть!..