Крейсер «Иосиф Сталин»

Получая ярлык на правление у «золотого миллиарда», безнаказно, вне этических и религиозных законов, они «потребляют» Россию, уменьшая ее население на миллион в год. Россия – это огромный крематорий, где, «под чмоканье пузырьков», сжигается русский народ.

«Рынок», который насадил в России Гайдар, является рынком оружия и наркотиков, проституток и отравленного продовольствия, паленой водки и спившихся, лишенных квартиры бомжей. На этом «свободном рынке» покупаются фальшивые дипломы и губернаторские должности, продаются льстивые режиссеры и бессовестные депутаты.

В этом «супермаркете» падают самолеты, взрываются электростанции, горят военные склады и ночные клубы. Это «рынок» терроризма, коррупции и бессовестной повсеместной лжи, прославляющей «свободу». Свободу убивать Россию.

Первый «рыночный» шаг Гайдара был совершен им 3 октября 1993 года, когда он с мешком денег поехал в подмосковную дивизию и «купил» предателей-танкистов. Из танков они расстреляли русский Парламент. «Рынок Гайдара» – это рынок стреляющих танков, разорванных в клочья баррикадников, окровавленной Конституции.

Гайдар исчез, как исчезает шаровая молния, испепелившая материю и утратившая среду, в которой способен существовать этот сгусток бездушной плазмы. Обугленная Гайдаром Россия, с выжженными глазами, с вырванным раскаленными щипцами языком будет нуждаться в Поводыре. Этот Поводырь непременно родится, как это произошло однажды 130 лет назад 21 декабря 1879 года.

«ВСПОМНИМ, ТОВАРИЩ, МЫ АФГАНИСТАН»

Гумилевский стих «Туркестанские генералы» – о великом русском времени, когда империя шла на восток по безводным пустыням, мимо мертвых колодцев.

В миражах туманились райские сады, плескались лазурные моря. Скобелев, видя, как падают от солнечных ударов солдаты, велел развернуть знамена, ударить в барабаны. Русское войско шагало по Устюрту, пересекая плато, чтобы с марша взять Бухару и Хиву. «Они забыли дни тоски,/ Ночные возгласы: «К оружью!»/ Унылые солончаки,/ И поступь мерную верблюжью». Великий поэт, которому было суждено увидеть конец «белой империи», славил своих предшественников, склонял перед ними голову.

Советские полки, тридцать лет назад отправляясь в «афганский поход», были последней волной, которую империя выплескивала на восток, чтобы остановиться у стен Гиндукуша, а потом, саморазрушаясь, теряя пространства и волю, бесценное миросознание и исторический смысл, покатиться назад, стеная и кровоточа, под свист и улюлюканье карликов.