Популярная история моды

Такие же свойства отличали античный костюм, составлявший единое целое не только с человеком, но и с окружающим пространством. Зодчие руководствовались правилами, благодаря которым высота и толщина колонн оптимально соответствовали размерам остальных частей храма. Подобное сочетание (ордер) придавало зданию совершенную форму: греческие храмы не были громоздки или приземисты. Даже самые крупные святилища не подавляли чрезмерным величием.

По аналогии с архитектурой закономерность одежды определялась шириной ткацкого станка.

Не тронутая иглой и ножницами ткань просто собиралась в вертикальные складки, напоминавшие каннелюры (вертикальные желобки) колонн. Организованность исходила из материала, диктовавшего назначение, вид и, как следствие, отделку платья. При отсутствии кроя греческая одежда не могла не быть соразмерной, хотя только античному облачению присущи уравновешенность и величественная простота. Греки строго следовали правилу «Все в меру», разумно не отягощая гармоничного облика лишними деталями.

Создатели Парфенона, зодчие Иктин и Каллистрат, прекрасно усвоили правила божественной гармонии. Их творение как нельзя лучше выражает античное понимание красоты. Сложенный из белого мрамора храм поражает строгой уравновешенностью форм и великолепием, без каких-либо вычурных элементов. В раннем античном искусстве украшательство относилось к негативным категориям. Тягой к внешнему блеску наделялись злобные божества или персонажи, подобные Деве-искусительнице из поэмы Гесиода «Теогония»:

Зевс изобрел для людей такое несчастье;

Создал он прекрасное зло вместо блага:

Тотчас слепил из земли подобие девы стыдливой;

Пояс на ней застегнула Афина,

в серебристое платье

Деву облекши; руками держала она покрывало

Ткани тончайшей, с головы ниспадавшее,

Голову девы венцом золотым увенчала богиня.

Много на нем украшений, – диво для взоров,

Всяких чудовищ, обильно питаемых сушей и морем.

Казалось, что живы они и что голос их слышен.

После того как деву, гордую блеском нарядов Афины,

Привел он туда, где боги с людьми находились

Диву дались бессмертные боги и смертные люди,

Как увидали приманку искусную, гибель для смертных…

Симметрия греческого платья исходила из прямоугольной формы куска материи. Искусно уложенная ткань повторяла линии человеческого тела, выгодно подчеркивала достоинства фигуры и скрывала недостатки.