Собачья песня

Все собачки имели свои клички и, конечно, отвечали нам искренней благодарностью и привязанностью. Но всё равно это были дворовые, общие собаки. А заветной мечтой каждого юного собачника был свой, только его сопровождающий и только в его глаза смотрящий пёс.

Периодически по району проезжала специальная машина – «собачья будка», и страшные люди с крючьями отлавливали несчастных и увозили «на мыло». Как только кто-нибудь из «комитета» такую машину замечал, он обзванивал остальных. Тогда объявлялась всеобщая тревога, и молниеносно все дворовые собаки разбирались по домам, где выдерживались до отбытия врага восвояси.

После чего, разумеется, спасатели срочно драили полы и проветривали квартиры, ликвидируя следы пребывания четвероногих гостей.

Родители о том не ведали. А кое-кто из нас даже удостаивался похвалы со стороны вернувшейся с работы мамы: «Ах, какой у нас заботливый и хозяйственный ребенок – это надо же, по собственному почину полы помыл!»

Итак, я отправилась за собакой в Аксиньино.

Она сидела на крыльце у двери. Но дом был явно необитаем – стекло веранды выбито, вокруг – мерзость запустения, какая бывает только в покинутых людьми местах.

Ну, ясно. Уехали, а собаку бросили. Я осторожно приблизилась, чтобы не спугнуть пса. Но он и не думал никуда убегать – он был дома. И не его вина, что этот дом оказался пустым.

– Ну что ж, дружок, теперь ты будешь с нами. Компания неплохая, вот увидишь, – уговаривала я собаку. – У нас там даже будки есть, мы их сами сделали.

Со своим домом, конечно, не сравнить, но всё равно лучше, чем одному здесь под дождем мокнуть. В компании веселее, это точно. Так что пойдем, поищем кого-нибудь из наших.

Я вытащила из кармана ошейник с верёвкой и надела на пса. Он не сопротивлялся.

– Как же тебя называть? Какое-то имя у тебя ведь было, раз ты тут жил. Только я его угадать не могу.

Я вспомнила недавно прочитанную книгу и решила:

– Ты будешь Майклом. Это очень хорошее имя, и ты должен быть его достоин. Тебе оно нравится?

Пёс посмотрел на меня уже с некоторым интересом и склонил голову набок.

– Ага, нравится! Тогда пошли гулять, Майкл!

Он послушно последовал за мной – всё с тем же спокойным достоинством, которое так меня восхищало.

Мы отправились в карьеры. Это было обычное место прогулок всех наших собачников – между Аксиньино и метро «Речной вокзал». Сейчас там парк, а тогда был пустырь, кое-где заросший невысоким кустарником.

Бродили мы часа два.